Отпив вина и звякнув бокалом о вилку, Кавалер откинулся на стуле и улыбнулся:

— Вот в том-то вся и прелесть словосложения! Не знать, что будет дальше, и чем все кончится… Я говорил тебе. Когда есть план и точное решенье, то получается доклад для конференции на тему «Проблематика сюжетных линий и сквозного действия». Чушь собачья! Хотя… собаки достаточно умны, чтоб'заниматься подобной ахинеей. Так что это — чушь человечья. Сквозное действие возможно лишь одно. И знаешь, как называется? Вдох-но-ве-нье!.. И все. И боль- и боль- и больше ничего, как выразился один поэт. Чертовски талантливый, но слишком рано решивший не писать стихов.

— Я знаю его имя?

— Боюсь, что нет. Как правило, известны гении да бездари. А вот чертовски талантливых почти не знают… Но кажется, мы отвлеклись. Еще вина? Давай налью.

Маргарита Николаевна кивнула:

— Налей… Ой, хватит! Ты спаиваешь меня.

Он рассмеялся:

— Я? Конечно! Хочу, чтоб ты была хмельной-хмельной и совершала поступки, один безумнее другого! Давай устроим самый настоящий кутеж! Ведь мы вернулись в этот мир, и сегодня будет последняя здесь ночь для нас. Когда еще мы попадем сюда?.. То есть, мы знаем, что завтра вроде как умрем, и можем это дело отметить!.. Ты только представь, какие люди закатывали б пиры накануне своего ухода, когда бы точно знали срок…

— Не думаю, — с сомненьем призналась Маргарита Николаевна. — Когда бы люди знали срок, они бы торопились жить. И вряд ли тратили бы время на кутежи. А впрочем… они ведь разные. И к сожаленью, для многих в кутежах и есть смысл жизни. И в мерзопакостных поступках… Но это, по-моему, все от того, как раз, что срок им неизвестен.

Зажмурившись смешно, Кавалер замахал руками:

— Довольно, довольно! Нашли застольную беседу!

Нам, к счастью, срок известен, как известно и то, что он не есть предел. Давай за это выпьем!

Бокалы их встретились, хрусталь воскликнул удивленно. Вино согрело кровь.

— И все же, — хмель Маргариту Николаевну не брал, — скажи, любимый, а новые герои не могут появиться в романе?

— Все может быть.

— Допустим, в нем может появиться героиня? Колдунья, гадалка… Ну, такая вот…

— Как ты? — он угадал с улыбкой совершенно беззаботной.

Чуть смутившись, Маргарита Николаевна ответила не сразу. И в голосе ее звучала настороженность, когда она сказала:

— Да, такая как, допустим, я!

— Нет, — Кавалер ответил убежденно. — К чему?