Два маленьких корабля погружались в Желудок Галактики, ведя за собой косяк беспилотников.

* * *

Монитор расположения показывал кусок самого обычного космоса. Ну, для Ядра обычного. А на мониторе излучения красовалась жуткая радужная воронка. Вот так выглядел проход за Хилиру. Действительно, рот. Начало пищевода. И мы в него лезем. Но страха я не испытывала.

Василиса вскинулась, зарычала. Август привычно ухватил ее за ошейник, прижал к полу. В рубку вбежал Лур с выпученными глазами, явно вне себя. Такое ощущение, что он ничего не видел. Руки вперед, взгляд стеклянный, рот приоткрыт.

Ну, началось. Орки в тоннеле спят, эльфы, как выяснилось, просто молчат. Что делают индейцы, никто не знал. Мы поставили эксперимент и теперь знаем: с ума они сходят.

Дежурный ухватил индейца поперек туловища, оттащил. Лур вырывался, как бешеный. Его тянуло к пульту. Он упал плашмя, царапал пальцами пол и что-то говорил. Август присел подле индейца, помогая удерживать его.

– Лур, ты федеральный забыл? Мы тебя не понимаем.

Услышит он тебя, как же! Он сейчас только голоса слышит.

– Там… – прохрипел Лур. – Она зовет… Меня зовет. К себе… Вы… вы неправильно идете. Там смерть. Надо правей. Она так говорит.

Мы застыли. Август только повернул голову в сторону бабы Лизы, не успел даже сказать ничего.

– Мощность на ноль! – приказала она.

– Лур, на каком языке Она говорит? – расспрашивал Август.

– Не… не знаю. Ни на каком. Я… я просто вижу, слышу…

– Это как ваша почта?

– Да! – обрадовался Лур. Он начал приходить в себя. – Она зовет.

– Кто Она?

– Она… она – моя мать.

– Твоя мать осталась на Земле. Ты уверен, что слышишь именно ее?

– Нет, это не та мать. Другая. Я… я не могу объяснить. Федеральный язык слабый.

– Хорошо, – согласился Август. – Лур, тебя никогда не испытывали для работы Слышащим и Говорящим?