– Моя семья скажет, что я герой и гений, взял и путем хитрой манипуляции решил едва не вековую проблему с княжеством Сонно. Я еще и в крестные отцы твоему малышу набьюсь. И твой ребенок, наследник княжества, вырастет среди маленьких Маккинби. Из них же потом и выберет себе супруга или супругу. И все. Княжество безо всякого рейдерства плавно переходит к моему клану. Историческая справедливость восстановлена. А тебя сочтут умной и дальновидной женщиной, прекрасной матерью, которая заботится о будущем своего ребенка. Потому что насчет Макса у нас иллюзий не питают. Тебя еще и похвалят, что ты бросила безумного мужа из любви к ребенку. Поддержат, помогут, окружат заботой. Твой ребенок получит все самое лучшее. Самое престижное и качественное образование, самое аристократическое воспитание. И прекрасное, процветающее княжество, за которым мой дед с удовольствием присмотрит до совершеннолетия твоего наследника.

Я закатила глаза.

– Да, и вся Танира будет сплетничать, что это наш с тобой общий ребенок!

– Мне эти слухи не повредят точно. И тебе наши хищницы хамить поостерегутся.

– Я смотрю, ты все продумал.

– Конечно. Я для этого и уходил.

– Ты подумал о том, что малыш начнет ходить, увидит твои машинки и попытается в них поиграть? И фиг ты ему объяснишь, что это коллекционные экземпляры баснословной ценности! Для него это будут иг-руш-ки!

– Вообще-то они и есть игрушки. Причем очень прочные. Пусть играет.

– А потом к тебе снова припрется Макс. Не дай бог, еще с Идой. У нее ж тоже будет ребенок. Типа детей познакомить, родные же.

– Не припрется. Это мой дом, я имею право не пустить. Более того: Максим Люкассен никаких прав на твоего ребенка иметь не может.

– Ну-ну. Скажи это Максу.

– А надо?

Я повернула голову. Август смотрел мне в глаза – тяжело и уверенно. У меня аж мурашки по спине побежали.

– А можешь?

Август легко вскочил и пошел к палаткам. Через несколько шагов обернулся:

– Вечереет, сыро стало. Иди в тепло, а то простудишься.

И унесся почти вприпрыжку.

Что-то мне даже не по себе сделалось.

* * *

Маккинби увидел Берга издали. Берг ревниво следил за его беседой с Деллой, но подойти не решился.