Ну да, услышала она меня, как же. Ей там из-под земли вкусно пахло. Повернулась ко мне мохнатой задницей, выгребла передними лапами землю из норы, чтоб не мешала, и снова нырнула. Лапы заработали вдвое быстрее. Сначала мне на ботинки прилетело несколько горстей земли, потом на колени упал кусок корня. Я привстала, и тут мне в лоб ударило что-то небольшое, но очень твердое. Собачьи когти заскребли по камню.

– Васька, стоять! – рявкнула я.

Она высунула голову из ямы, посмотрела на меня – и продолжила копать. Я подошла и отпихнула ее. Василиса бесцеремонно лязгнула зубами и полезла в яму, как будто ей там медом было намазано. Плюнув на все умные советы кинологов, я ухватила ее за хвост и потащила прочь. Василиса рычала, вырывалась, клацала пастью – я тащила. Санта подхватилась и побежала за помощью. Моя нога попала на кучку опавших листьев, скользких от влаги, я не удержала равновесие и поехала, Василиса в этот момент дернула, влетела в яму, я вслед за ней…

– Это еще что такое?! – раздался над головой громовой окрик.

Василиса запищала – Август просто поднял ее за ошейник и аккуратно отсадил подальше. Я побарахталась и вылезла сама. Василиса скулила и рвалась в яму.

А в яме явственно сверкали большие куски белого камня. Полированного.

– Она технику чует, – решил Август. – Пытается уничтожить. Или… Просто чует.

– Кто нашел вход в дом Чужих на Дивайне? – закончила я за него.

– Вот именно. Надо будет ее потом наградить. Попрошу у Майкла мяса. Вася, ты хорошая собака, умная собака, молодец… А теперь – сидеть! И молчать.

Я уставилась на дерево. Побег расколол постамент Матери Чудес. Было это лет семьдесят назад. Дерево выглядело лет на пятьсот, но это по моим меркам. Если же это что-то быстрорастущее, вроде земной осины, то оно за семьдесят лет могло не только вырасти, но и упасть от старости. А уж какой слой перегноя способно создать под собой лиственное дерево за семьдесят лет – я знаю не понаслышке.

Прибежали все. Тоже уставились на дерево. Василису, чтоб не мешала, привязали подальше, она жаловалась на весь лес. Дождь усилился. Дик, обнаружив у себя неожиданно сухие сигареты, курил и обреченно разглядывал окрестности.

– Здесь надо рубить все, – изрек он. – И корчевать.

– А пока будем корчевать, эти корни вывернут наружу все, что осталось от постамента, – возразил Патрик. – Мы и так не слишком сильны в технике Чужих, а уж после подобного разгрома не разберемся и за двадцать лет.

Послали в храм за Федором, который остался сторожить Мать Чудес. Федор явился со статуей на руках. Пристроил ее на ровном месте и полез в яму.