– То, что это представитель флоры, которая не имеет никакого отношения к Саттангу, – объяснил Август. – У меня даже есть подозрение, что и к нашей галактике тоже.

– И чего? Если Чужие жили недалеко отсюда?

Крис очень тихо, очень аккуратно посадил челнок между двумя купами деревьев. Я вылезла, посмотрела. Н-да, действительно, странные растения. У них резные листья были одним целым с побегами.

Из багажника выскочила Василиса, отбежала, задрав хвост, обернулась, словно поджидая нас.

– А довершила дело твоя собака, – сказал Крис. – Роскошная псина. Без нее я бы тут трое суток даже с приборами корячился. А эта – нюхом нашла!

У Патрика окаменело лицо.

Выйдя из-за деревьев, я все поняла. Зеленая лужайка казалась такой аккуратной из-за маскировочной сети, растянутой поверх истрепанной травы. Трава торчала кусками и клоками, словно дерн кто-то собирал в гармошку, а потом неумело расправил. Василиса застыла, помахивая шикарным хвостом. Перед ней был холмик, скорей просто большая куча – но накрытая свежесрезанным дерном. Крис отбросил его. Под ним обнаружился сверкающий колпак.

Патрик выругался.

– Извините, что придется заходить через вентиляцию, – весело сказал Крис. – Ничего, через десять метров выход в основной тоннель. Ну, не будем же мы сейчас большой шлюз открывать, верно? Нам не нужно, мы и так пролезем. А то я в прошлый раз приоткрыл, а потом мы всей ротой порядок наводили, потому что эта лужайка прямо на люке растет. – Он отбросил колпак и нырнул в трубу.

Мы последовали за ним. Проехав на спине совсем немного, в полном молчании вывалились на твердую и гладкую поверхность. Две секунды – и включился мягкий свет. Я знала этот оттенок – такой же был на Дивайне.

– Ну понятно… – процедил Патрик, оглядываясь.

– Базы под храмом никогда не было, – сказал Крис. – Там только служебные помещения и запасные выходы. Как и на Дивайне. А основные строения уходят от маяка на сотню километров. Как правило, к большой воде. Здесь был космодром. Огромный космодром, способный принимать тяжелые автоматические транспортники с переселенцами. Он весь помещается в границы участка. Только запасные ходы уходят наружу. Ну и вглубь он далеко уходит, я донизу так и не дошел. Чужие вообще любили жить под землей. Любили и умели. Кстати, обрати внимание на стены. На Дивайне я решил поначалу, что это камень. Но похоже, что эти ходы не вырыты, а выдуты. Почва оттеснена от центра к стенам и спрессована под давлением. Плюс еще и чем-то проклеена. Прочность – нашими средствами, никакими, кроме ядерных зарядов, эти стены не разрушишь. Я на Дивайне влетал на челноке в тоннель и садился. На полу – ни следа от выхлопа, только легкая копоть. Кстати, нам, наверное, удобней ехать, а не идти? Тут километров двадцать.