— А Аня? Кто защитит ее?

— Ты.

— Постараюсь… Но у тебя бы получилось лучше.

— Нет… — Женя покачал головой. — Когда я рядом ее нужно защищать от меня самого, а с этим я плохо справляюсь.

— Это ты их? — Леха махнул рукой в сторону входа в «Дзержинский».

— Нет… Они перестреляли друг друга. Не поделили власть. Я сам чудом жив остался.

— Ясно. Ну что ж, удачи тебе! И Насте. Надеюсь, с ней все в порядке. — Леха протянул ему руку.

— Спасибо, — Женя пожал протянутую руку. На секунду возникло желание привлечь друга к себе, обнять, похлопать по плечу и пожелать удачи, но он тут же одернул себя, не желая показывать свою слабость. Не желая показывать, как трудно дается ему это прощание.

Леха сделал шаг к машине, взялся за ручку дверцы, но вместо того чтобы открыть ее — обернулся.

— Жека, я не знаю, что с тобой произошло, и кто ты теперь, но я желаю тебе вновь стать прежним.

Сердце на миг замерло, а потом забилось вдвое чаще.

— В каком смысле, «Кто я теперь»?

— В прямом. Пока ты бегал за ключами, я заглянул в фойе. Я знаю, это ты их. Пулями такого не сделаешь. Да и стрелял кто-то из них всего раз. Когда заберешь свою Настю из Медянска — найди нас. Не знаю, что теперь будет с Аней, но мы с Дашонком постараемся тебе помочь.

— Стать прежним?

— Да.

— А если я этого не захочу?

Леха пожал плечами.

— Тогда, думаю, мы больше и не встретимся. Но ты захочешь, не можешь не захотеть.

Леха

Леха