Эш взял одну прозрачную пластиковую трубку, похожий на палочку контейнер, в котором два химических вещества, перекись водорода и фенол, были изолированы друг от друга. В трубке находился и зеленый флуоресцентный краситель, который будет ярко светиться, когда смешаются химикаты. Эш согнул палочку, разломав крошечный флакон внутри, и энергично ее потряс, затем замахнулся и изо всех сил швырнул ее в лабиринт, задрапированный паутиной.

Он был настолько густым, что трубка с флуоресцентным зеленым светом далеко не улетела и поэтому о длине заблокированного пространства ничего ему не сообщила, но выявила внутри массированной сети другие темные фигуры. Огромное множество других темных форм.

Ближайшие пауки замерли в расплывчатом свете, но в темных областях запутанного царства начали появляться другие, привлеченные колебаниями, которые вызвала осветительная палочка.

– Боже мой! – воскликнул Эш, снова пятясь и едва удерживаясь на ногах. Казалось, их там тысячи, с объемистыми туловищами и толстыми, волосатыми ногами. Мурашки, бежавшие у Эша по спине, достигли плеч, заставив их невольно содрогнуться.

Как далеко по проходу в скальных породах тянулось это отвратительное препятствие? Ему крайне надо было попасть непосредственно под сам замок, потому что парапсихические явления, он был в этом уверен, возникали именно там, но о том, чтобы попробовать пробраться через этот участок без костюма жесткой биозащиты, не могло быть и речи. Вот если бы у него был огнемет… Он сомневался, чтобы в Комреке среди прочих вооружений держали такое оружие. Он подумал, не пропитать ли массивную паутину бензином и не поджечь ли ее, дожидаясь, чтобы она выгорела дотла, прежде чем переходить к следующему этапу. Это могло бы сработать. Но Хельстрем никогда такого не позволит.

– Мистер Эш!

Глухой звук, эхом отдавшийся от стен длинного туннеля, заставил его вздрогнуть и крутануться на месте. Он донесся опять: «Эш-эш-эш-эш…»

Ну конечно. Его уже какое-то время не было, и лесничий начинал беспокоиться.

Эш отозвался, уверенный, что и его голос легко пройдет по изгибам и поворотам того, что изначально было суровым путем контрабандистов к богатству.

– Вы меня слышите, мистер Эш? – снова раскатился эхом голос лесничего, теперь с меньшей настойчивостью.

– Да, слышу! – крикнул Эш в ответ.

– Я о вас беспокоился.

– Не стоит. Я уже возвращаюсь.

Парапсихолог поднял свою наплечную сумку и перекинул ее ремень себе через грудь. В последний раз обернувшись на безобразно густую, гаргантюанскую баррикаду из паутин, запорошенных пылью и грязью, Эш расширил луч «Мэглайта» и стал пробираться обратно к Маккевину. Ему пришлось ползти через более низкие части туннеля, где скальные породы представлялись ему обремененными собственной тяжестью. Во времена «торговли на бегу» такого, конечно, не было, иначе перемещение товаров сделалось бы почти невозможным. Пока Эш корчился в клаустрофобном участке, выводившем обратно в главную пещеру, ему показалось, что пахнет не так гадко, как раньше, и он понял, что акклиматизировался.