— Понимай, как знаешь, — спокойно молвил Бран.

— Эх, до чего ты интересный человек, колдун, — отозвался конунг. — И жизнь у тебя интересная. Вечно вокруг тебя чего-нибудь да происходит!

— Ага! Ну, да, — не сдержался Бран, — правильно! Как раз самое время во всем меня и обвинить.

Конунг усмехнулся:

— Ладно, колдун, шучу, не дергайся. Ну, полно, полно, экий ты, не злись.

— Я и не злюсь.

— Вот и хорошо, — конунг снова усмехнулся. — Ты лучше вот чего… Говоришь, ты в него стрелял?

— Ну, стрелял.

— А лук у тебя откуда?

Бран встретил конунгов пристальный взгляд. Нет, он ничего не знает.

— Это Арнора, я в доме взял. Темно было, а я никого будить не хотел, ну, и взял, что под руку подвернулось, — Бран нашел Арнора глазами, тот сидел подле отца. Бран осторожно произнес:

— Извини, что я без спросу.

А вдруг ее кто видел утром, когда она в дом заходила и лук брала?!

Брана окатило страхом, однако все молчали. Арнор отозвался:

— Да чего ж, на здоровье, хорошо, что взял. В живых остался! Честное слово, я очень рад, — Арнор улыбнулся. Уж он-то точно ничего не видел, понял Бран.

— А стрелу с собой принес? — спросил конунг. Подтянув к себе котомку, Бран вынул длинную стрелу и положил перед конунгом на стол. Острие и часть древка были покрыты запекшейся, почерневшей кровью.

— А кровь-то, — заметил конунг, — кровь-то черная. Гадючья прямо, тьфу… Ну, ладно. Хорошо, что принес.

Конунг взял стрелу за оперенье и сказал:

— Ладно, колдун. По закону ты перед нами чист. Вот, и орудие убийства предъявил, молодец, что принес.

Конунг встал и, подняв стрелу, громко произнес: