Я пожала плечами и покачала головой:

— Нет.

— М-м, черт, тогда не так интересно оказаться впереди тебя.

— Ты не впереди меня, — возразила я.

Он ухмыльнулся, странной смесью Эдуарда и Теда:

— А, так все-таки ведешь.

Я усмехнулась, и мне хватило такта смутиться.

— Я не веду официальный подсчет, но слежу за тем, что ты делаешь.

— Ты ведешь счет, просто не хочешь в этом признаться.

Я снова пожала плечами.

— Я не думаю об этом, как о подсчете очков, но знаю, что у меня больше санкционированных убийств, чем у тебя.

— Приплюсуй сюда несанкционированные и, таким образом, я впереди.

— Ты старше, — кинула я.

Он засмеялся, теперь уже своим настоящим смехом. Так смеяться он стал только после того, как встретил Донну и детей. Как будто она открыла ему доступ снова использовать то, от чего ему пришлось отказаться, став Эдуардом.

— Здесь вообще дадут немного поспать? — Мика сидел, потирая глаза.

— Прости, — извинилась я. — Ложись обратно. Мы будем потише.

— Нет, ты очнулась. Я хотел дождаться, когда ты придешь в себя. — Торс у него был обнажен, демонстрируя мускулы, которые скрывала одежда. Мика никогда не качался, все дело было в его генетике. Но если вы знали на что смотреть, то увидели бы как перекатываются его мышцы, пока он шел босиком к кровати в пижамных штанах. Я хотела провести руками по его обнаженной коже. У меня всегда было желание прикасаться к нему, но сейчас это было странным образом более целенаправленным.

— Как долго я была в отключке?

Мика уже стоял возле кровати.

— Сутки. — Он осторожно взял меня за руку, так как мне еще не вынули капельницу. Я протянула ему свою правую руку, перетянув ее через живот. — Предлагаешь свою ведущую руку, обычно ты так не делаешь.