— Он предложил нам помощь с нашим багажом, — доложил Дев.

— Портье предпочитает мальчиков, или твой дар очаровывать лишен сексуальных подтекстов? — поинтересовалась я.

Он ухмыльнулся, глядя на меня:

— Лишен сексуальных подтекстов; ты видимо не настолько устала, как я полагал.

Я сердито зыркнула на него.

Никки обнял меня чуть крепче, и на него я тоже сердито стрельнула взглядом.

Улыбка Дева не померкла и только шире разъехалась.

— Да, портье предпочитает парней.

— Подумываешь как бы увидеться с ним позднее? — спросил Эдуард.

— Нет, ничего более, — ответил Дев.

— Что это вообще значит? — спросила я, и это прозвучало как-то сварливо, даже для меня самой.

— Это значит, что он не навязывался на встречу, но дал портье понять, что ему тоже нравятся парни, — ответил за него Никки.

Я глянула на него из под его рук, и было такое чувство, будто я ребенок, и слишком маленькая, и… я высвободилась из его объятий.

— Что я не так сделал? — спросил он.

— Откуда ты это узнал?

— Флирт в качестве отвлечения одинаково действует как на женщин, так и на мужчин, Анита.

— Хочешь сказать, ты делал также.

— Я был молодым, симпатичным отвлечением на нескольких заданиях, когда работал на свой первый львиный прайд, так что да. — Когда он это говорил, лицо у него было нейтральным, лишенным эмоций. Именно так он закрывался, когда что-то чувствовал, потому что Никки не родился социопатом; его чувства ущемлялись и пренебрегались. Это значило, что они ему по-прежнему не были чужды, просто они были… спрятаны и слегка искажены.

— Ты на работе не только флиртом занимался?

— Не надо, — вмешался Эдуард.