С рассветом мало-помалу пробудились и прочие ходунцы, усыпавшие пляж белыми рубахами. Но отнюдь не всякий белорубашечник рисковал на утренней зорьке вот так с ходу, с бухты-барахты пуститься пешком по холоднющей воде. Разожгли костры, потащили по песку лодки-плоскодонки, четырехвесельные ялики, байдарки, каноэ…

Дредноутом отчалила от пристани автотурбазы «Чаронь» шестивесельная ладья, — «настоящая флотская спасательная шлюпка «Ял-6», из рака ноги!» — с Валерием Шумковичем на борту.

На то время три десятка первопроходцев и присоединившиеся к ним растрепанного вида ходилы, видать, с похмелья проспавшие зарю, прекрасно освоились на блестящем озерном просторе, забрели далеко и глубоко. Они подходили друг к другу, останавливались, общались, закуривали, вели степенные разговоры вдвоем-втроем, легко опираясь ступнями ног на пружинящую водную площадь или вовсе ее не касаясь.

К ним-то, по всей видимости непревзойденным мастерам и мастерицам спортивной ходьбы по водам, и приказал править многовесельное флотское судно Валерий Шумкович туда, на середину озера. Дюжие гребцы дружно взмахнули веслами и быстро вынесли адмиралтейский ял к узловой точке третьего фазиса субботне-воскресного рейда орденского звена от благочинного округа сего.

Президент корпорации «Белтон» Вальтер Шумке совсем было приготовился обратиться с приветственной речью к собравшимся и прогуливавшимся в центре озера. Он встал, одернул сзади непривычный белый балахон, взмахнул рукой, прищелкнул пальцами, откашлялся внушительно… Но вдруг обмер, застыл, оцепенел, обомлел, побледнел и ни полслова так и не проронил…

Очевидцы, находившиеся на воде и на берегу, о произошедшем рассказывали впоследствии очень даже противоречиво и весьма по-разному. Далеко не все сошлись на том, что сначала легкие белые перистые облака над озером сгустились, потемнели, собрались в круг, закрыли восходящее солнце, отяжелели, приобрели какую-то весомую, будто каменную барельефность, и стали очень напоминать слепую глазницу мраморной античной статуи-колосса.

Внезапно колоссальный глаз в небе ожил, раскрылся, в ярости и возмущении глянул вниз. По его темно-зеленой радужной оболочке засверкали, зазмеились бесчисленные оранжевые сполохи-зарницы…

Гром не гремел, но берега озера неожиданно содрогнулись, зыбко покачнулись. Под сильным порывом ветра согнулись верхушки деревьев, зловеще зашумел лес, смолкли лесные птахи. На озерной глади вспенились мелкие волны… И все ходунцы и ходуньи вдруг словно провалились сквозь воду, канули в нее.

Ушли под воду они не глубоко, тотчас же стали выныривать, отфыркиваясь, отплевываясь и громко матерясь неприличными словами. Ходилы, не умеющие плавать, начали тонуть, кричать, звать на помощь. К ним на рефлексах, без малейших колебаний прыгнули на подмогу сразу семеро матросов-спасателей из отборного интернационального экипажа. В суматохе молодцы сгоряча опрокинули вверх килем свою шестивесельную шлюпку.