— Учи ученого…

— Не учу, но предостерегаю. Со слов Насти. У тебя имеется еще один девичий импринтинг и любовь по самые помидоры…

Это по делу. Напоминаю о другой гормональной проблеме. С той самой Марией Казимирской, приемной дочуркой преславного пана Вацека, владеющего игорным домом «Элизиум».

— Вернемся в родные лары и пенаты, как Бог свят, разберусь Ника… Купируем ситуацию в лучшем виде.

— Ну-ну, блажен муж. Смотри. Крупные яички-орешки у тебя свои имеются. От…ся, надеюсь.

Чуть что зови на помощь, мужчина женской мечты. Это мне запросто опять ее лесбухой заделать. В шесть инъекций беглым револьверным огнем по яичникам…

Или «ледяным лучом» с концами ей девичий похотник-клитор в аккурат приморю.

— Не надо! Я сам-один… аккуратно, комфортно…

— Вот и ладушки у Ники-прабабушки…

По возвращению на виллу в Ницце рыцарь Филипп и арматор Вероника удобно уединились вдвоем у бассейна. Настя по-прежнему испытывала некую неловкость, наблюдая, как ее Филипп с Вероникой нагишом купается вовсе не в том невинно младенческом виде, в каком его мать родила…

«Именно эта самая, его распутная матильда, спихнувшая сестре своего ребеночка», согласно Настиному твердому секулярному убеждению.

— Опаньки… Фил, ну ты и горазд легенды и мифы сочинять! Моя невестушка Настена в нашем кровном родстве ни черта не сомневается.

— А то! Своя своих познаша.

— Молодца и атта, бой! Фишку сечешь и задачи понимаешь.

Вот нам и новая проблемка назрела и созрела, братан. Тебе на загривок, неофит. К первому сентября… Хотя сроки и методы исполнения Булавин оставляет на твое и мое усмотрение. Давай озадачиваться, думать и прикидывать…

— Не томи, Ника. Выкладывай, чего там у тебя.

— У меня, рыцарь Филипп, имеется старое ментовское досье на объект с мирским криминальным погонялом Счастливчик Мик. Позавчера он, кстати, прибрал к рукам игорное дело пана Казимирского, не в добрый час столкнувшегося с нашим Миколой Купалевичем.

— Ага! Личность известная. Молодая суперзвезда отечественного бизнеса. Встречались как-то раз за обедом у Раймонды Рульниковой. В прошлом году. Узел галстука шире плеч.

— Тогда напрягись и давай мне на него узловые воспоминания как инквизитор. Тебе будет полезно.

— Извольте, арматор. Но… вспоминать-то придется себя несмышленого. Боюсь, в лужу и в калошу сяду.