Врач снова вырвался вперед, но пациент был горд тем, что без него этого бы не произошло.

«Очаровательно. Ты соединил науку и поэзию, левое и правое полушария».

– У меня было чувство, что есть не три пространственных и одно временное измерение, а единое, пространственно-временное. Кстати, информация, которую я воспринимаю в такие моменты, по большей части вневременная. События происходят одновременно в прошлом, в настоящем и в будущем.

«Наверное, «Последний секрет» наделяет тебя сознанием человека будущего», – сказал на это Жан-Луи Мартен.

– Погружаясь в это причудливое состояние сознания, я чувствую себя нежным, бесконечно благим, не испытываю ни малейшей горечи, забываю повседневные заботы. Расставаясь со своим эго, я раскрываюсь всему. Это трудно объяснить».

«Завидую тебе. Что, если и мне пройти такую операцию?»

Реакция не заставила себя ждать:

– Ни за что! Твоя роль определена. Ты – самый светлый ум, какие я знаю. На тебе лежит ответственность за управление этим шквалом извне. Если ты обогнешь мыс, то не останется никого, чтобы обеспечивать переход между двумя восприятиями реальности.

«Ты прав, я тоже Харон, перевозчик через Ахерон. Для нас, перевозчиков, не может быть плавания в одну сторону…»

Глаз Жан-Луи Мартена, единственный его живой орган, трудился без устали.

«Иногда мне кажется, то, что мы делаем, дурно. Дурно для меня. Дурно для людей. Как если бы шла речь о знании, с доступом к которому мы слишком поторопились. Мы еще не готовы его воспринять. Иногда в моем мозгу мигает предупреждение: это действие не безвредно. Не открывай ящик Пандоры».

Ящик Пандоры, почему он упомянул этот миф? Ящик Пандоры символизирует гибельное любопытство, его открытие высвобождает чудовищ.

«Завтра тебя ждет встреча с умнейшим из людей, чемпионом мира по шахматам Леонидом Каминским. Твой мозг должен накачать мускулы».

Сэмюэл Финчер медленно усваивал полученную информацию. Декарт. Восемь герц. Акация, сома. Измененное восприятие. Он понимал, что вдвоем они молниеносно прошли этап, вызывавший страх у многих поколений исследователей и мистиков.

Одновременно он чувствовал, что его подстерегает страшная опасность.

Надо ли открывать врата?

133

Журналисты крадутся среди алеппских сосен и каменных дубов. Из-под их ног шмыгает лесная мышь. Они избегают взглядов неподвижных садовых гномов, от которых ничто не может укрыться.