– Скажем так: у меня серьезные подозрения, что этот странный предмет связан с кончиной двух человек, и этого достаточно, – говорит она.

Он пожимает плечами.

Она засовывает пакет со шкатулкой глубже и накрывает шарфом.

– Не настаивайте, Исидор. Сказано вам: нет!

– Я знаю, как работает этот «волшебный текст», – не унимается Исидор. – Тут все дело в вере. Раз все верят, что, читая шутку, можно умереть от смеха, то этот текст потрясает. А вот я не верю, и со мной ничего не будет. Мой природный скепсис играет роль вакцины.

– Я устала, – говорит она. – Все, я пошла. Вы остаетесь?

Флоран Пеллегрини не вмешивается. Он с улыбкой достает из своего ящика бутылку виски, опрокидывает рюмку и блаженно жмурится. Свалив так и не открытую почту в коробку, он задвигает ее под стол.

116

116

«Пассажиры занимают места в самолете и ждут пилотов. Вскоре на борт поднимаются двое в летной форме и в черных очках. Одного сопровождает собака-поводырь, другой водит перед собой белой палочкой.

Они запираются в кабине. Пассажиры нервно хихикают и переглядываются со смесью удивления и страха.

Вскоре взвывают двигатели, самолет начинает разбег по полосе. Скорость нарастает, но кажется, что самолет никогда не взлетит. Глядя в иллюминаторы, пассажиры убеждаются, что взлетной полосе конец, впереди озеро. Многие понимают, что сейчас самолет вместо взлета нырнет в воду. Все в панике голосят. И тут самолет мягко поднимается в воздух. Пассажиры облегченно переводят дух, им уже стыдно, что они клюнули на розыгрыш.

Еще несколько минут – и инцидент забыт. Пилот в кабине щупает приборное табло, находит и нажимает кнопку автопилота.

– Знаешь, что меня пугает, Сильвен? – обращается он ко второму пилоту.

– Что, Доминик?

– Что в один прекрасный день они опоздают с воплями, и мы все погибнем».

Из скетча Дариуса Возняка «Так, ерунда».

117

117