Этих существ униаты побаиваются из-за их внешнего вида, хотя асинайские спруты совершенно безобидные.

— Мой учитель недавно про них рассказывал, но в Амирсане их размещать запрещено, и своими глазами я их так и не увидел, только картинки.

— Я тебе покажу. Но только при одном условии. Ты прекратишь уже наконец называть меня «госпожа Элисса»!

Я сказал это таким преувеличенно-сердитым голосом, что Марк хрюкнул от от смеха, едва не захлебнувшись чаем.

— Неужели вам так это не нравится? Обращаясь так, униаты показывают своё уважение.

— За всем этим показным уважением чаще всего стоит желание что-то выпросить или пустой униатский этикет, который мне безразличен.

— Но у асинаев же тоже должен быть какой-то этикет.

Я отрицательно покачал головой и пояснил:

— У нас нет такого расслоения в обществе, как у вас. Нет нужды создавать барьеры между людьми. Если у асиная высокий ранг, это значит, что он многое сделал для Сиона. С него берут пример, у него есть некоторые привилегии, но это всё совершенно не делает его каким-то особенным. К нему не нужно обращаться «Ваше величество» или «Господин», ему не нужно кланяться или изображать ещё какие-то телодвижения. Если кто-то сам хочет показать свое восхищение и уважение, для этого есть много других, куда более приятных способов, — озорно усмехнулся я.

Господи, куда меня опять несёт? Как так получается, что я говорю быстрее, чем успеваю подумать? Чтобы скрыть смущение, я прихлебнул чая.

— Я, наверное, понимаю, но все-таки вы одна из трех великих целительниц Амирсана, и как-то это…

— А ты инквизитор. О-о-о, точно! Простите за мою грубость, отец Марк. Отныне я буду обращаться к вам именно так. Мы ведь все должны следовать этикету, не правда ли, отец Марк?

— Я вообще-то всего месяц назад был послушником!

— Вот именно отец Марк! Вы уже месяц как не послушник. Вы приняли церковный сан и обеты, и отныне окружающие обязаны относиться к вам с должным почтением.

— Ай! Ладно, сдаюсь, только прекрати! Раз так хочешь, буду звать тебя Элиссой. И пускай на меня криво смотрит половина Амирсана, — последнюю фразу Марк произнес почти шепотом.

— Ко мне там много кто обращается просто по имени, — отмахнулся я. — Пойдем, покажу Несси.

Зайдя в душевую, Я откинул крышку, закрывающую бочку, и из неё тут же вытянулось любопытное щупальце. Откуда-то из его глубины выплыл глаз и уставился на Марка. Тот немного растерянно обернулся.

— Оно на меня смотрит.

— Нэсси любит гостей. Можешь её погладить, это ей тоже нравится.

Марк сделал шажок и медленно протянул вперед руку. Самым кончиком пальца он дотронулся до Нэсси и медленно провел вниз. В следующий момент толстое щупальце с присосками поднялось из слизи и обхватило его кисть. Марк вскрикнул и попытался отдернуть руку, но не тут-то было. Нэсси нашла новую игрушку и не хотела её так просто отпускать.