«Угу. А ты развлекаешься? Как там Кэйтан?»

«Шокирован, но доволен, не переживай. Мы заставили его немного пересмотреть отношение к асинаям. Еще я подкорректировала воспоминания Авелин. Ты слишком топорно их стираешь».

«Как умею. У меня нет шестидесяти лет практики за плечами».

«И то правда. Ты ходил к Гизалу?»

«Угу. Всё в порядке».

«Хорошо. Сейчас подойдет Марк, он не должен тебя раскрыть, поэтому не вздумай его соблазнять».

«Что?! Я и не собирался!»

«На всякий случай. Мы слишком долго поддерживаем слияние, мои мысли уже не совсем мои. Скорее всего, у тебя так же. Марк мне симпатичен, и я не знаю, как это повлияет на тебя».

«Не беспокойся, я пока ещё в состоянии держать себя в руках. Ты скоро вернешься?»

«После академии есть еще пара дел, буду часов в пять-шесть».

«Долго. Постараюсь не натворить глупостей до твоего прихода».

«Я тоже постараюсь».

Закончив разговор, я открыл глаза. Надо действительно написать записку. Мой почерк отличается от бабушкиного, и можно было бы снова воспользоваться слиянием, чтобы она написала вместо меня, но это сложно. К тому же я подозреваю, что от таких действий наши мысли начнут еще сильнее перемешиваться. Поэтому я написал записку большущими печатными буквами. «Я СЕГОДНЯ НЕ ПРИНИМАЮ. ЭЛИССА». Думаю, достаточно доходчиво.

Можно было бы снова сесть помедитировать, но раз уж сейчас придет Марк, лучше сделаю это позже. А пока что неплохо чего-нибудь перекусить. Едва я вскипятил воду для чая и сделал себе бутерброд, как в дверь постучали. Вспомни инквизитора — он и заявится.

Однако на пороге был вовсе не Марк, а какой-то дедок. Одет он был вполне прилично. Может, кто-то из соседей?

— Добрый день, госпожа Элисса.

— Добрый день. Я сегодня не принимаю, — сказал я, кивнув на записку.

— Да, я видел, но мне только спросить. Что-то с коленом совсем плохо, с утра разнылось, мочи нет. Может, мазь какую-то посоветуете?

От такой наглости я даже не нашелся сразу, что ответить. Он издевается?

— Постановка диагноза и выписка лекарств стоит двадцать люминов. Но я сегодня не принимаю, так что приходите завтра. — Постарался повежливей ответить я, хотя дедка захотелось послать куда подальше в самой грубой форме.