Но в этот миг дверь помещения отворилась, и в него с грохотом ввалился огромный боевой корпус устрашающего титана. В изумлении Вориан выронил клинок, который со звоном упал на пол. Кто это? Юнона, Данте? Ни один из этих титанов не верил в искренность обращения Вориана.

Механический воин был ужасен. Корпус ощетинился оружием и сверкал броней.

– Я так и думал, что найду здесь Агамемнона, – прогремел синтезированный голос. – А заодно и Вориана.

Титан шагнул вперед, схватил Атрейдеса и приподнял его в воздух, подальше от раскрытой в емкости щели. Оставались считаные дюймы. Конец был так близок…

Независимо от ранга и звания, главной заботой воина является то, как он поведет себя в момент неминуемо надвигающейся на него смерти.

Оглядев комнату своими оптическими сенсорами, генерал Агамемнон отвлекся от воспоминаний.

– Ты не Юнона? Но почему ты в ее боевом корпусе? Кто?..

Вошедший титан аккуратно отставил Вориана в сторону.

– Тебе не кажется, что ты слишком торопишься, Вориан Атрейдес? В этом слишком мало страдания. У меня более ценная идея.

– Вориан, присоедини мои стержни! – скомандовал Агамемнон через громкоговоритель.

В растерянности Вориан смотрел на возвышавшийся над ним огромный корпус. Он узнал форму Юноны, но было и какое-то неуловимое отличие.

– Ты не узнаешь меня, Верховный баши? – спросил титан. В интонациях голоса проскользнуло что-то очень знакомое.

Вориан моргнул, не веря своим глазам.

– Квентин, это ты?

Беспомощный в своей канистре мозг Агамемнона еще раз потребовал присоединить его к корпусу, но Вориан проигнорировал приказ – так же как и кимек, который снова заговорил:

– Да, это я. Я только что убил Юнону – разрезал ее мозги на мелкие кусочки.

– Юнону? – Агамемнон взвыл от горя и ярости. – Она мертва?

Квентин, шагнув вперед на своих мощных механических ногах, взял в руку емкость с мозгом Агамемнона. Он поднес ее к своим оптическим стержням. Мозг засветился разными цветами, словно молчаливо стараясь вырваться из заточения.

– Да, Юнона мертва! И та же судьба ожидает и тебя.