Это что за херня такая? Что за аура «подавления»? Способность?
— Тебя что-то удивляет? — он остановился и взглянул на меня с пренебрежением.
Ответа взять было негде, а спрашивать я не собирался.
Отвечать не стал, просто качнул головой. А он двинулся дальше.
Так продолжалось несколько минут. Мелькали какие-то строения, дома. Попадались вооруженные патрули, двигался транспорт. Пару раз я даже видел «магазины». Здесь был арсенал, столовая и даже полноценный госпиталь.
Шмель продолжал идти, словно совсем забыв про меня.
Что-то не похож Шмель на слетевшего с катушек отморозка. Может быть, с головой у него и не все в порядке, но передо мной явно не безмозглый кретин. Много кто отзывался о нем негативно, но так ли это на самом деле? Или же он старательно изображает из себя кого-то другого? А может, я ошибаюсь?
Наконец-то он остановился и уставился куда-то вперед.
Я выглянул из-за его плеча и открыл рот от удивления.
Впереди была довольно большая асфальтированная площадка, на которой в данный момент производилась сборка какого-то крупного транспорта. Пока еще сложно было сказать, что это будет — было готово только массивное шасси.
Там были краны, множество самых разнообразных деталей и инструментов. Там работали люди, собирали что-то, переносили. Работа кипела.
— Что это такое? — спросил я, спешно соображая, что это может быть.
— Это? Мой билет отсюда, — хрипло ухмыльнулся Шмель, любуясь строительством.
— В каком смысле?
Он повернулся ко мне, посмотрел в глаза.
— Жаль, что ты все забыл, — вздохнул он, затем добавил. — Ты разве еще не понял? Бастион, это тюрьма! Нет, конечно, не в прямом смысле. Прошло много лет, но никто ничего не помнит. Кто-то уже был здесь. А кто-то попадает сюда и остается. Как мы.