— А что будет с остальными? Всеми людьми?

— Кто не последует за мной, скорее всего, погибнут. Точно погибнут. Это вызовет когнитивный дисбаланс.

— Но это же тысячи человек! Ты об этом подумал?

— Объектов! — небрежно поправил он, при этом даже содрогнувшись. — Ты никак не поймешь, что именно тут происходит, да? Что же, я объясню. Все те, кто топчут этот паршивый Бастион — уже мертвы. Кто-то год, а кто-то десятки лет. Все существующие здесь объекты, это как проекции реальных людей, живучих на этой территории до катастрофы. До Бастиона! Доступно излагаю?

— Чушь! Как они могут быть мертвы? — я указал на людей, работающих на площадке, на пулеметчиков на вышках.

— Слепки. Записанные системой копии. А как ты думаешь, почему они ничего не помнят? Да как раз для того, чтобы не было дисбаланса. Объекты должны понимать, что все это норма. Привычное положение вещей. Тут все равны. Разница лишь в том, кто раньше очнулся! Кто лучше прокачался! Взгляни на меня — уровень видишь?

— Девятнадцатый.

— А ты — первый! Как думаешь, почему?

— Я аномалия Бастиона. Меня называли Навигатором.

— Кто? Кокос? Этот фанатик и глупец? — расхохотался Шмель. — Ну, может, еще пара таких же как он, да? Это все полная чушь. Якобы Бастион выбрал для своей защиты объект, наделив его особыми полномочиями? Бред! Бастион нельзя понять, но его можно сломать. Что я и хочу. Для меня и многих других, это просто тюрьма! Понимаешь, почему это так важно?

Я не ответил. Признаюсь, сам не до конца понял, что за Навигатор такой и почему он такой особенный. Вообще, вся эта история была напичкана логическими дырами, из-за которых общая картина никак не могла обрисоваться полностью. Каждый давал мне крупицу информации, которая не вязалась с другой информацией.

— Неважно. Но ломать систему неподвластную нашему пониманию систему такого масштаба, невзирая на других… Это жестоко! И глупо!

— В прошлый раз ты думал иначе! — рьяно возразил предводитель Шакалов. — Ты был со мной и придерживался того же мнения! Мы были вместе!

— Ерунда!

— Не-ет, память сыграла против тебя.

— Шмель! Чего ты от меня хочешь? Говори как есть, без увиливаний, без шелухи!

— В группе вас было шестеро, — твердо произнес он. — Двое давно у меня, один погиб при побеге. Ты здесь. Я не могу найти еще двоих. Где они?

— А что будет, если я откажусь делиться информацией? — заявил я, глядя ему прямо в глаза. Информация у меня была отрывочная, но ведь Шмель этого не знал!

Повисла напряженная пауза. Лидер Шакалов словно бы выбирал подходящие слова, чтобы донести суть коротко и ясно.