Хирург сконцентрировался.

— «Удержание жизни»! — крикнул он и совершил какое-то сложное действие ладонями. Почти сразу, нестерпимая и всепожирающая боль покинула меня. Сознание все еще было пустым, но органы чувств работали как надо. Стало ощутимо легче.

Ее привели спустя минуту. Грязную, оборванную. Даже я, в своем ужасном состоянии понял, что ее наверняка били, а может и насиловали. Из одежды на ней только рваная рубашка, черная от грязи, да бесформенные дырявые штаны. Какого хрена? За что с ней так?

— Ты урод! — процедил я, переводя взгляд полный ненависти на Шмеля.

— О боже, Артем! — Линда вырвалась из рук сопровождающего и бросилась ко мне. Упала на колени и с ужасом уставилась на мои кошмарные раны. — Что они с тобой сделали?

Ее грубо ухватили за волосы и волоком оттащили от меня. Бросили на землю.

— С-сука… — прохрипел я, глядя на Шмеля полными гнева глазами. И видимо, тот почувствовал мою бессильную злость.

— Мля! Не хотел же до этого доводить, но ладно… Ты сам не оставил мне выбора! А, черт! Пока ты еще не сдох, скажи мне то, что я хочу знать! — Шмель подошел к девушке. — Последний раз прошу!

— Иди в задницу, мразь!

— Дурак! — вскричал он. — Ты сам довел до этого! От тебя требовалась только информация!

— На хер иди! — прохрипел я. — Ты предлагаешь мне стать соучастником массового убийства.

Шмель вздрогнул от нахлынувшей на него безумной ярости. Его лицо вновь перекосило от злости. Он размахнулся и ударил Линду по лицу. Изо рта девушки потекла кровь.

— Не-ет! — я попытался дернуться, но ничего не вышло. Хотя боли и не было, тело все равно было изломано так, что, ни о каких движениях не могло быть и речи.

— Артем! Тема! Скажи… Давай! — Шакал ухватил ее за волосы, резко дернул, от чего она вскрикнула.

— Линда… Я все знаю, — начал бормотать я, не зная как ей помочь. — Ты моя… Я тебя люблю! Они ответят за это!

Та посмотрела на меня мокрыми глазами, вытерла кровь с губ. Сложно было сказать, что она чувствовала.

— И я люблю, — выдохнула она и сплюнула кровь.

Шмель злобно рассмеялся.

— Перестань издеваться над девушкой, ты сукин сын! Тебе же я нужен! — процедил я, разрываемый на части рвущейся наружу яростью. — Но мне нечего тебе сказать! Я не знаю где то, что тебе нужно!

— Врешь! Гоблин сообщил, что у тебя была собака, которой ты что-то передал. И не нужен мне ты… Без пяти минут труп… — он внезапно расхохотался.