В следующий миг мои руки одну за другой сняли с плеч тяжелые сумы и опустили их на дорогу. Туда же отправилось и пончо. А затем мое тело качнулось вперед, ноги оттолкнулись — и я обнаружил себя стоящим на руках, вниз головой! Даже и не знал, что так могу!
Оказалось, правда, что не очень-то и могу: локоть подогнулся, и я упал на кирпичную мостовую, больно ударившись сперва плечом, а после и бедром — голову, к счастью, уберег.
Боль болью, но на ноги я встал очень быстро. И тут вдруг в ушах у меня зазвенело, и мне неудержимо захотелось зевнуть. Но не вышло — Фу, что ли, не позволил? Затем мир у меня перед глазами задрожал и поплыл: вместо одного «боевика» на дороге внезапно оказалось двое, правда, оба — какие-то полуразмытые. А следом навалилась тьма.
* * *
В себя я пришел, снова лежа на дороге, окруженный встревоженными товарищами. Позади них по тракту спокойно удалялся на северо-восток «боевик».
— Что это было? — выговорил я, попытавшись подняться.
Меня снова повело.
Тереза протянула мне руку, и, ухватившись за ее ладонь, я кое-как встал.
— Сперва ты заделался акробатом, затем упал, встал — и снова рухнул, без чувств, — проговорила Милана. — А мы, как дураки, стояли и смотрели…
«
— И что теперь со мной будет? — угрюмо осведомился я — вслух.
«
Шатать меня и в самом деле перестало, зрение вновь сделалось четким.
«И часто нам придется прибегать к подобным шоу? — поинтересовался я уже безмолвно. — Усомнился один — усомнятся и другие? Или теперь вы раз и навсегда все всем здесь доказали?»