Одно-единственное решение, один ничтожный момент может превратить победу в поражение. Баши Майлс Тег. Воспоминания старого командира
– Это ловушка, это наверняка ловушка. – Мурбелла во все глаза смотрела на огромный, застывший в неподвижности, машинный флот. Он по-прежнему в сотню раз превосходил по численности флот людей, но вражеские корабли не двигались. Командующая Мать затаила дыхание. Она ожидала уничтожения и смерти.
Но Враг бездействовал.
– Как это действует мне на нервы, – прошептала Мурбелла.
– Все системы приведены в боевую готовность по вашему приказу, Командующая Мать, – раздался голос бледной молоденькой сестры. – У нас есть шанс причинить им хоть какие-то повреждения.
– Мы должны открыть огонь! – крикнул администратор Горус. – Надо стрелять, пока они беспомощны.
– Нет, – возразила еще одна сестра. – Машины пытаются выманить нас с оборонительных позиций. Это военная хитрость.
Все люди в навигационной рубке стояли, глядя на темные силуэты вражеских кораблей, сдерживая рвущееся из груди дыхание. Суда роботов просто дрейфовали в ледяном пространстве.
– Им нет никакой нужды выманивать нас с позиций, – сказала Мурбелла. – Посмотрите на них. Они могут уничтожить нас в любой момент, если захотят. Досточтимые Матроны уже один раз сделали эту глупость – спровоцировали роботов своим импульсивным поведением. – Командующая Мать прищурила глаза, глядя на превосходящие силы противника. В рубке повисло молчание. – На этот раз я хочу понять, что происходит, прежде чем открывать огонь.
Глаза Мурбеллы блестели. Она силилась понять. Она вспомнила мерцающий зеленоватый оттенок своих глаз, оттенок, соблазнявший и сводивший с ума Дункана. «Странные мысли посещают меня, когда смерть стучится в мою дверь…»
Когда Дункан бежал с Капитула на корабле-невидимке, никто не знал доподлинно, кто был Враг. Теперь Оракул Времени сказала, что Дункан находится в самом сердце машинной империи, в Синхронии. Сумел ли он бежать и оттуда? Если Дункан еще жив, она сможет простить ему все. Как ей хочется снова увидеть его, обнять!
В рубке по-прежнему стояла страшная тишина. Прошла томительная минута, потом еще одна. Мурбелле приходилось наблюдать перемещения машинного флота от планеты к планете и последствия его ударов. Она стала свидетельницей насланной машинами чумы, погубившей ее дочь Джанну, покоящуюся теперь в братской могиле где-то в пустыне Капитула.