Вражеские корабли не сделали ни одного ответного выстрела. Мурбелла не верила своим глазам.

Среди всей этой суматохи раздался безмятежный и звучный голос навигатора:

– Оракул Времени прислала нас сюда, чтобы найти командира людей.

Мурбелла подошла к устройству связи:

– Я Командующая Мать Мурбелла из Нового Ордена сестер. Я командую объединенными силами человечества.

– У меня приказ сопроводить вас в Синхронию. Я буду управлять вашими двигателями, свертывающими пространство.

Прежде чем люди Гильдии успели занять свои места, раздалось гудение двигателей Хольцмана, и Мурбелла ощутила знакомый толчок.

Было бы большим упрощением утверждать, что все люди без исключения – враги мыслящих машин. Я пытаюсь понять людей, но они остаются для меня тайной за семью печатями. Но, несмотря на это, я продолжаю восхищаться ими. Эразм. Частные файлы секретной базы данных

Было бы большим упрощением утверждать, что все люди без исключения – враги мыслящих машин. Я пытаюсь понять людей, но они остаются для меня тайной за семью печатями. Но, несмотря на это, я продолжаю восхищаться ими.

– Ты чего-то хочешь от меня? – Эразма, кажется, удивило это требование Дункана. – Но как ты сможешь заставить меня подчиниться?

Губы человека сложились в едва заметную улыбку.

– Если ты действительно понимаешь, что такое честь, робот, то мне не придется ни к чему тебя принуждать. Ты сделаешь то, что надо, и сполна вернешь свой долг.

Эразм пришел в неподдельный восторг.

– Чего же ты от меня хочешь? Разве не достаточно того, что я убил всех лицеделов?

– Вы с Омниусом несете ответственность за куда большие злодейства, чем эти хамелеоны.

– Злодейства? Это было нечто большее, чем злодейство, не так ли?

– Тебе придется кое-что сделать, чтобы загладить свою вину, – все внимание Дункана было сосредоточено на роботе, он не смотрел на мертвых лицеделов, не обращал внимания на грохот за стенами храма, он видел только Эразма. Пол, Чани, Джессика и Юэ молча смотрели на Дункана.

– Я – последний Квизац Хадерач, – сказал Дункан, ощущая свои врожденные способности всеми клетками, всеми нитями ДНК своего организма, – но мне нужно еще очень многое понять. Я уже понимаю людей – может быть, лучше, чем кто-либо другой, но я не понимаю мыслящих машин. Ты должен дать мне повод оставить тебя в покое и не уничтожать, воспользовавшись нынешней слабостью машин. Всемирный разум так бы и поступил.