– Ты, Мурбелла, родилась свободной, получила подготовку и образование Досточтимой Матроны, но потом стала сестрой Бинэ Гессерит. Ты знаешь и тех и других, соединяешь в себе их качества. Так же, как ты являешься синтезом Досточтимых Матрон и Бинэ Гессерит, так же и я являюсь синтезом, связующим звеном между человечеством и мыслящими машинами. Я нахожусь, одновременно, в обоих царствах и создаю будущее, где будут процветать и люди и роботы.

– А… кто ты, Дункан? – спросила Шиана.

– Я – одновременно последний Квизац Хадерач и новая форма всемирного разума, и я – ни то и ни другое. Я нечто совершенно иное.

Мурбелла бросила встревоженный взгляд на Шиану, потом снова посмотрела на Дункана.

– Дункан! Мыслящие машины были нашими смертельными врагами с эпохи Батлерианского джихада – больше пятнадцати тысяч лет!

– Я собираюсь развязать гордиев узел взаимного непонимания.

– Непонимания?! Мыслящие машины убили триллионы людей. Одна только чума на Капитуле унесла…

– Такова цена твердолобости и фанатизма. Потери не всегда бывают разумными. Досточтимые Матроны и сестры Бинэ Гессерит, люди и мыслящие машины, сердце и разум. Разве наши различия не укрепляют нас? Они укрепляют, а не уничтожают нас. – Расширяющее реальность обилие информации, полученной от Эразма, смягчалось мудростью, нажитой Дунканом за его бесчисленные жизни. – Наша борьба достигла своего конца, великого водораздела. – Он сложил на груди руки, чувствуя, что мыслящие машины ждут его команды. – Теперь у нас есть силы совершить очень и очень многое.

Обладая совершенным предзнанием и умением мгновенно делать вычисления, Дункан точно знал теперь, как добиться вечного мира. Уравновесив людей и мыслящих машин у себя на ладони, он мог теперь использовать силу и тех и других, не допуская между ними дальнейшей вражды. Теперь он мог добиться примирения фракций Гильдии, призвать к сотрудничеству иксианских инженеров и флот мыслящих машин.

Пользуясь предзнанием, он предвидел, какие плоды принесет объединенное будущее людей и машин, и знал, как шаг за шагом обеспечить это будущее. Это была умопомрачительная власть, превосходившая власть Бога-Императора и Омниуса вместе взятых. Но власть постепенно развратила Лето II, и сможет ли Дунан справиться с еще более тяжким бременем?

Даже если Дункан будет действовать только из альтруистических побуждений, всегда найдутся недовольные. Развратится ли и он, несмотря на все свои благие намерения? Не запомнит ли его история еще бо́льшим деспотом, чем Бога-Императора?

Столкнувшись с вихрем вопросов и с непомерно тяжкой ответственностью, Дункан мысленно поклялся использовать уроки своих многочисленных жизней на благо человеческой расы и мыслящих машин. Крализек. Да, Вселенная действительно изменилась.