– Я бы десять тысяч раз бросился на нож, если бы мог взять назад те деяния, какие я совершил, и загладить боль их последствий, миледи.

– История может идти только вперед, но не назад, Веллингтон.

– Так ли? Ведь всех нас достали из мусорной свалки истории, разве нет?

На древнем Арракисе во время похорон из покойника извлекали всю воду и делили ее между членами общины. На Каладане традиционно покойников сжигали или хоронили в океане. «Итака» находилась в космосе, поэтому там покойников после соответствующей церемонии катапультировали в пространство.

Они взяли белоснежную простыню и завернули в нее хрупкое маленькое тельце. Здесь, в этом машинном городе, Джессика не знала, как воздать последние почести убитой дочке.

– Мы утратили все наши погребальные обычаи, и я просто не знаю, как быть.

– Мы сделаем то, что должны сделать. Значение имеют не символы, а реальная память и мысли о человеке.

Прошло довольно много времени после того, как отгремели последние схватки на улицах машинного города и уцелевшие пассажиры корабля-невидимки вышли из него, чтобы увидеть новое лицо измененной Вселенной. Пол, Дункан и Чани присоединились к Джессике и Юэ, составив маленькую скромную похоронную процессию. Пол и Джессика вынесли завернутое в простыню маленькое тельце на улицу, где песчаные черви произвели страшное опустошение, а взрывы сражения с лицеделами разрушили множество зданий.

– Такое маленькое тело, но какие возможности в нем таились, – сказал Пол. – Мне будет страшно не хватать сестры, хотя в этот раз я не успел ее как следует узнать.

Дункан вел группу, оставив пока все свои заботы и ответственность.

– Я не помню Алию маленькой девочкой из ее первой жизни, но я помню ее уже взрослой женщиной. Она причиняла мне боль и, одновременно, любила, да и я страстно ее любил.

Им не пришлось идти далеко. Джессика выбрала полуразрушенную пирамидальную башню, которая могла послужить могильным памятником. Джессика и Пол произнесли прощальные речи еще во время процессии, поэтому, приблизившись к башне, они положили тело ребенка в четырехугольное отверстие в подножии строения, отодвинули в сторону обломки, чтобы расчистить место, и положили Алию Атрейдес на гладкий каменный пол. Потом Джессика склонилась над дочерью и попрощалась с ней. Пол взял руку матери, и она с силой стиснула его ладонь.

Они молча постояли над могилой, а потом Джессика обратилась к Дункану:

– Мы сделали все, что было нужно.

– Об остальном позабочусь я, – сказал Дункан. Когда все вышли из полуразрушенной пирамиды, он поднял руки и раздвинул пальцы. Лицо его приняло отчужденное, сосредоточенное выражение. Металлические здания вокруг них задрожали и начали менять форму. Остатки пирамиды сложились вокруг тела Алии, стены укрепились металлическими плитами соседних зданий. На месте пирамиды к небу начал подниматься величественный шпиль. Быстро растущая башня звенела и гремела, когда флоуметалл стремительно поднимался вверх. Поверхности и линии приобрели обтекаемость и законченность, полированная поверхность строения сверкала, как зеркало.