Гор вернулся. Отрапортовал об успехах. Порадовал немного выросшей ценой на наш концентрат. Сообщил, что перевел по указанным мной счетам полтора корпа. Переслал соответствующие подтверждения и поделился новостями с фронтов охоты за квартетом и мной. Вместе со Схатом они долго, до красных рож и слез, ржали над бывшим боссом.

Он и без того репутацию потерял, не сумев меня прищучить, но тут хоть у него оправдание нашлось, остальные так же успеха не достигли, но после истории с квартетом и парочкой маньяков его перестали считать за авторитетного человека. Не будь он главой крупнейшего профсоюза станции, так и вовсе бы начали ноги вытирать. В принципе, еще неизвестно, что хуже — когда тебя прямо ни во что не ставят, или когда все то же самое, но ещё приправлено лицемерием.

Схат ушел в прыжок, мы с Гором продолжили работать. Мой разум к этому времени вполне адаптировался и вполне справлялся с нагрузкой. До привычной по «Обжоре» легкости еще оставалось очень и очень далеко, но парой фраз перекинуться и послушать вполне мог. Вот и слушал, поддакивая и замечания вставляя. Просто идеальные уши из меня вышли.

Гор чувствовал себя ответственным за парней, он же у них за главного, вот и не мог, вернее, считал себя не в праве делиться с ними всем наболевшим, а тут я подвернулся. Начал он издалека и с себя. Еще бы, все мы любим о себе поговорить.

История его жизни ничем особенным не выделялась. Обычный парнишка с не самой благополучной окраины. Худо-бедно в детской капсуле учился, но больше предпочитал на улице с другими ребятами торчать. Родители — простые работяги. Зарабатывали не много, но на жизнь хватало. Его батя немного химичил. Помогал знакомым барыгам подделки выпускать. Какая-то бытовая химия.

Собственно, из-за этого Гор и обзавелся оригинальной прической. Ему было лет пятнадцать, когда пришла моды на бритые головы. Вот он и воспользовался запасами реагентов отца. Единственное, что он не учел — концентрацию состава для удаления волос. Мода прошла, лысая голова осталась. Процедура восстановления оказалась подростку не по карману, а папка денег не дал. Решил, видимо, урок отпрыску преподать. Когда у Гора появились кредиты на восстановление волосяного покрова, он уже в космосе был и на профсоюзы пугалом работал. Опять же, привык давно и начал плюсы в подобной прическе находить.

— Алекс, ты это, пойми, я же за них жизнь отдать готов, — говорил Гор. — Нас ведь в покое не оставят и просто кости не поломают. Убьют или еще что хуже сделают.

— Куда уж хуже, — ответил ему, подправляя подачу сырья в третьем контуре обогатителя и меняя схему работы объединившейся компании дронов, которые додумались срезать мешающий им выступ. Если б они ещё сообразили, что он отлетит в работающих по другую сторону «ос», цены б им не было.