На первом же ночном привале, после незатейливого, но сытного ужина, состоявшего из бобов и хлеба, Малиен собрала вокруг себя благородных дам в уже изрядно истрепавшихся в пути шелках. Богатые горожанки вскоре присоединились к ним, да и фермерши стояли неподалеку. Но прежде чем Малиен успела хотя бы вымолвить слово, в круг вступила Реанне. В коричневом шерстяном платье с разрезом, открывавшим кружевные нижние юбки, с лицом, покрытым улыбчивыми морщинками, она более всего походила на добропорядочную хозяйку фермы.

– Если вы хотите разойтись по домам, – объявила Реанне на удивление высоким голосом, – то вольны сделать это когда вздумается. Но к сожалению, ваших лошадей нам придется оставить себе. Вам заплатят за них при первой же возможности. Но кто решит остаться, пусть помнит: правила фермы действуют по-прежнему.

Многие вокруг охнули, и не одна Малиен гневно раскрыла рот, но тут, словно ниоткуда, рядом с Реанне объявилась Алис. Сейчас она не улыбалась и стояла подбоченясь.

– Я ведь предупреждала, десятерым из вас сегодня мыть посуду, – прозвучал ее спокойный голос, – и вот кому… – Названы были пухлая ювелирша Джиллен; Найселле, хозяйка банка, и восемь женщин из благородных. Все они стояли остолбенев и таращились на Алис, пока она не хлопнула в ладоши. – Не заставляйте напоминать, как правила фермы велят поступать с теми, кто не выполняет порученную работу.

Глаза Малиен округлились, она пробормотала что-то невнятное, кажется, не в силах поверить, что такое происходит с ней. Но собирать грязные котелки побежала – хотя и последней. А на следующее утро, перед выступлением, развязала узел и оставила шелковые платья на склоне холма. У Реанне была твердая рука, а у Алис и того тверже. Если Малиен и прочие еще бурчали порой насчет своих засаленных платьев, то стоило Реанне сказать несколько слов – а Алис просто хлопнуть в ладоши, – они тут же возвращались к работе.

Но еще задолго до Кэймлина Илэйн поняла: она и сама была бы рада скрести миски ради того, чтобы остальная часть пути прошла так же гладко.

Как только они добрались до первой узкой дороги, по сути тележной колеи, стали попадаться фермы; каменные дома под соломенными крышами и амбары, лепившиеся к склонам холмов или гнездившиеся в ложбинках. С этого момента по лесистой ли местности двигались или безлесой, среди холмов ехали или равниной, редко случалось, чтобы через каждые насколько часов на виду не показывалась ферма, а то и деревня. Прятаться не имело смысла, а потому повсюду, пока местные жители таращились на невиданную процессию, Илэйн выспрашивала, кого могла, на какую поддержку может рассчитывать Дом Траканд и что больше всего заботит простой народ. Предъявляя права на трон, надлежит знать нужды страны; это может сыграть роль не меньшую, чем поддержка влиятельных Домов. Услышала она много, но мало такого, что желала бы услышать. Любой андорец имел право открыто и безбоязненно высказать свое мнение хоть самой королеве, и никто не собирался скрывать таковое от знатной девушки, подобравшей себе чудную компанию.