Флинн выпрямился, молча покачивая головой. Пошатываясь, Ранд подошел к нему и встал над телом лежавшего навзничь Джонана Эдли: невидящие, вытаращенные словно в ужасе глаза уставились в небо, откуда лился дождь, в равномерно-равнодушном шуме которого слышались стоны раненых.

«Скольких же еще я сгубил, – гадал Ранд. – Скольких Спутников? Защитников? Скольких еще?..»

Плотная завеса дождя полностью скрыла холмы, на которых находилась армия шончан. Удалось ли ему поразить их всех, нанося удары вслепую? Или же они остались там, целые и невредимые, со своими дамани? Дожидались, когда он перебьет собственных сподвижников…

– Установи охранение, какое сочтешь нужным, – приказал Ранд Баширу голосом, в котором звучала сталь. Ибо ему надлежало иметь стальное сердце. – Как только прибудут Грегорин и все прочие, мы Переместимся туда, где оставили обоз. Без промедления.

Башир молча кивнул и исчез за пеленой дождя.

«Меня постигла неудача, – отрешенно думал Ранд. – Я – Дракон Возрожденный, но меня впервые постигла неудача».

«Я никогда не терпел поражений! – внезапно взъярился в его голове Льюс Тэрин. – Я – Повелитель утра! Никто меня не победит!»

Ранд даже не пытался его унять. Усевшись под дождем на землю, он вертел в руках Корону мечей и смотрел на валявшийся в грязи Калландор.

* * *

Абалдар Йулан плакал, радуясь, что идущий дождь скрывает слезы на его щеках. Кто-то должен был отдать приказ. Кому-то потом придется приносить извинения императрице, да живет она вечно, а еще раньше, наверное, придется извиняться перед Сюрот. Но причиной слез было не это. И даже не то, что он стоял над телом погибшего друга. Оторвав рукав, Йулан прикрыл лицо Мираджа, чтобы в глаза не попала вода, и бросил стоявшим рядом:

– Разошлите приказ отступать.

Многие вздрогнули. Уже во второй раз Непобедимая армия потерпела на этих берегах сокрушительное поражение. И Йулан подозревал, что плачет не он один.

Глава 25 Нежеланное возвращение

Глава 25

Нежеланное возвращение

Сидя за золоченым письменным столом, Элайда рассеянно вертела в руке потемневшую от времени костяную фигурку – изображение диковинной птицы с клювом длиной с туловище – и, слегка забавляясь, слушала стоявших перед ней женщин. Шесть восседающих от шести Айя хмуро поглядывали одна на другую, переступали бархатными туфельками по расцвеченному яркими узорами ковру, теребили расшитые шали так, что подрагивала бахрома, и более всего походили на гурьбу сварливых служанок, которые и рады бы оттягать друг дружку за волосы, но не решаются поступить так на глазах у хозяйки. Фасетчатые оконные стекла заиндевели, почти скрыв от взора густо валивший снег, однако порой снаружи доносилось завывание леденящего ветра. Но Элайда холода не чувствовала, и не только благодаря горевшим в беломраморном камине толстым поленьям. Душу согревало другое: знали эти женщины или нет – ну, Духара, конечно, знала, да, наверное, и другие, – она действительно являлась их хозяйкой. Размеренно тикали искусно сработанные золотые часы, изготовленные по заказу Семейле. Мечта Семейле непременно воплотится в жизнь: Башня восстановит былое величие. Разумеется, под властью прозорливой и мудрой Элайды до Аврини а’Ройхан.