– Я пришел к тому, кто сможет мне помочь.

– И я должен помогать тебе, Пачу Камак?

– Мы знаем друг друга давно, Мопе.

– Многие годы Пачу Камак не обращал внимания на существование Мопе. И вот в час горя и бедствий он вспомнил. Но зачем это мне?

– Я объясню, Мопе. Тебе кажется, что я изгнанник и больше ничего не стою?

– Это так и есть, Пачу Камак. Больше ты ничего не стоишь! У тебя осталась лишь горстка солдат!

– Но я родственник сипы – правителя в городе Пяти золотых врат!

– И что с того? – спросил Мопе. – Ты больше никогда не получишь от сипы новых владений. Тебе придется отвечать за потерю старых!

– Не стоит тебе притворяться, что ты не понимаешь, Мопе. Я могу стать наследником трона и новым Золотым господином. И тогда ты, Мопе, станешь правителем панча с правами равными правам Золотого господина. Земли панча станут могучим королевством. Мы совместно с тобой уничтожим орехонос!

– Но как ты станешь наследником?

– Наш владыка Золотой господин Аи Апаека умирает. По закону наследником трона является сын его старшей сестры. Но молодой принц Чиа не годится на роль правителя в такой грозный час. Принц молод и глуп! А вот я способен спасти государство Чиму – последнее великое королевство муисков! Если падет город Пяти золотых врат, то орехонос будут владеть всем! Помоги мне не допустить этого, Мопе.

– Это только громкие слова, Пачу Камак. Но что стоит за словами? Ничего! Как стать тебе господином области Чиа и наследником трона, Пачу Камак? Золотой владыка прикажет снять с тебя кожу, за то что ты сдал Каменный глаз! Ведь Аи Апаека еще жив!

– А вот здесь мне и нужна твоя помощь, Мопе.

– И что я могу сделать? Дать тебе воинов? Но у меня нет лишних. Бросить вызов орехонос? Я способен удерживать границу панча. Только это! выйти на бой с орехонос сил у меня нет.

– Я не прошу у тебя воинов, Мопе. Я понимаю, что твои Овальные щиты не освободят Каменный глаз.

– А чего же ты просишь, Пачу Камак?

– В твоем городе сейчас есть человек, который мне нужен.

– Кто же это?

– Орехонос по имени Федерико.

– Тот, кого притащила сюда Балека, дочь Нутибару?