— Логично, не попрешь. Итак, ножик-саморуб — одна штука. Шо еще? Моими стрелами в этой гоп-компании разве что приступ мерзкого хихиканья вызвать можно. Да и то надолго не хватит. Кроме того, в активе кольцо с выдохшимся асуром, бутылка шмурдяка «Джинн навеселе» и эти твари из Красной книги. — Сергей указал на верблюдов, то и дело норовивших высунуть длинные раздвоенные языки. — Хасан, ты не знаешь, у джиннов, случайно, нет варанофобии? Или какой-нибудь верблюдофрении?

— Вряд ли.

— Плохо. Слушай, а если попробовать открыть бутылку и заманить туда всю прочую кодлу? Может, этот шах упившийся с ходу не сориентируется?

— Сомневаюсь. Напиток Алла ваха сара нохе саб только добавляет сил джиннам.

— Капитан, ты шо, запомнил название?

— Да, — удивленно подтвердил Камдил. — Как-то само запомнилось.

— Обалдеть. А как ты думаешь, эту торговую марку все джинны знают?

— Наверняка.

— Угу. Хасан, я, кажется, знаю, что делать. Ща мы возьмем эту банду в клещи. Только я тебя очень прошу, ты уж поторопись, а то хрен его знает, сколько нам удастся геройствовать.

Рыжий конь Андреа де Монтоне вздыбился, не желая останавливаться. Но ловкий кондотьер натянул узду, заставляя скакуна повиноваться. Тот заплясал на месте, мотая головой, разгоряченный недавней схваткой и готовый вновь ринуться с места в карьер.

— Мой повелитель, — осаживая неаполитанского жеребца, воскликнул Андреа, — они бежали. Бежали, как трусливые зайцы. Мы захватили лагерь, в котлах еще варилась каша.

— Ты преследовал их или остановился, чтобы отведать кашу?

— Орлы мух не ловят, — скривился де Монтоне. — Мне нужна кровь Сфорца, а не его каша. Мы устремились вслед этим паршивым шавкам и гнали их несколько миль, покуда не столкнулись нос к носу с основными силами врага.

— Ты видел их позиции?

— Конечно. Мы опрокинули передовое охранение, разорвали его, как волчья стая глупого барана, но сражаться против всей армии, — Монтоне с сожалением развел руками, — увы, нас было слишком мало.

— Опиши позицию врага.

— Это равнина. Довольно узкая равнина. Шириной по фронту не более шести миль. На правом нашем фланге отвесные скалы, слева — лес.

— Густой?

— О да. На опушке леса, — Андреа задумался, подыскивая слова, — нет, это даже не замок, так, укрепленная ферма.