— Враг многочислен?

— У меня не было времени считать его знамена. Хотя да, многочислен, однако не настолько, как армия моего повелителя.

— Это лесть?

— Нет, это слова воина. В центре штандарт самого великого маршала, Яна Жижки. Это опасный и умелый полководец. У него по фронту немного кавалерии, но очень сильная пехота. Именно она решила исход боя с Баязидом. На правом фланге врага, у фермы, знамя герцога Жана Бесстрашного. Насколько я могу понять, именно здесь основные силы врага. Я видел там великое множество рыцарских баньер. Должно быть, на ферме расположен резерв. Если мы попробуем атаковать герцога Бургундского, оттуда ударят нам во фланг.

— А что на правом фланге?

— Войско королевича Стефана. Судя по знаменам, к нему примкнули кроаты и моравы. Возможно, туда же поставят и людей Сфорца, но в целом это самая ненадежная часть войска. Оттого его и поставили, уперев флангом в скалы, чтобы хоть как-то обезопасить.

— То, что кажется безопасным, чаще всего таит наибольшую беду, — улыбнулся Тамерлан. — Сербского королевича нельзя обойти с фланга, но и ему не развернуться, а значит, смяв этот фланг, мы заставим врага переминаться с ноги на ногу, ожидая гибели, или бежать в лес, спасаясь от нее. — Повелитель Счастливых Созвездий что-то негромко сказал мурзам, затем вновь повернулся к де Монтоне: — Ты все еще горишь жаждой мести? Или же вылазка утолила тебя?

— Утолила? Как забулдыгу может утолить первая чарка вина. Я только вошел во вкус!

— Вот и отлично. Напоите коней и будьте готовы к бою.

Тамерлан сидел на вороном аргамаке, полудиком, норовящем сорваться в галоп, едва коснется иссиня-черного крупа витая нагайка. Тамерлан с детства презирал смирных лошадей и слабых противников. Здесь, похоже, ни того ни другого не было и в помине.

Тимур разглядывал противостоящее ему войско. Еще несколько месяцев назад, когда он только задумывался о походе в земли гяуров и разузнавал, что могут противопоставить ему государи неверных, все, кого он спрашивал, в один голос отвечали: ничего или почти ничего. Сейчас это многотысячное «ничего» преграждало ему путь, готовое умереть, но не отступить.

Огромный черный ворон спустился из небесной выси и уселся на плечо Повелителя Счастливых Созвездий.

— Так, значит, лагерь неверные окружили возами, — кивнул Тимур, слушая карканье птицы. — Три ряда? Внутри шатры. Куда они отогнали скот? Ближе к морю. Ну что ж, главное, что теперь, пожелай они спасти лагерь, не смогут запрячь ни одного вола. — Он еще раз оглядел позицию.

Монтоне ошибался только в одном: отряд Сфорца поставили перед боевыми порядками Яна Жижки, а не на фланге у сербского королевича. Что ж, тоже разумно. У беглецов есть шанс либо оправдаться, приняв на себя первый, почти наверняка смертельный удар, либо погибнуть зажатыми между молотом и наковальней. Он кивнул Браччо, указывая ему на рослого всадника в шлеме с драконом.