– О, будьте же благоразумны, – призвал министерский чиновник, чей темный костюм теперь становился еще темнее в области подмышек. – В этом никто не виноват, но мы вынуждены иметь дело с фактами. Ситуация с Карл Зебра случилась по воле Божьей, это своего рода параллельная экология, и мы можем сберечь всем немало времени и денег, если просто не будем туда соваться.

– Почему все должно было обернуться так плохо? – продолжил Ниммо. – Мы много лет сражались, много лет сокращали их численность, но у нас никогда не было нужных средств и поддержки.

– Ситуация вышла за рамки. Мы не можем держать всю страну в состоянии вечной войны!

– Не-а. – Ниммо сделал паузу, чтобы зажечь новую сигарету. – Только отдельные ее части.

– Поверить не могу, что такое слышу. Я думал, вы обрадуетесь! Где этот знаменитый дух Запада, э-э, грубый индивидуализм?

– Раз уж на то пошло, – сказал Эмери, – почему бы вам не побыть здесь немного, найти себе должность какого-нибудь связного? Посмотреть, как тут обстоят дела с духом Запада и процветающим населением драконов?

– Карл Зебра, – поправил федерал.

– Карл Зебра звучит как какой-нибудь дружок пса Хакльберри, дружище. А эти твари – драконы! Хотите установить номенклатуру – дайте нам чертовых денег, новое оружие и машины, которые не будут разваливаться на части!

– Они портят погоду, – сказал Ниммо. – Они воют друг на друга, ночь за ночью, и это как-то влияет. С каждым годом становится теплее там, где должно быть холодно. Посевной сезон от этого становится длиннее.

– Тогда это просто местная аномалия, шериф. Не несите чушь. – Федерал вдруг разнервничался. – Мы все ненавидим черные штормы, конечно, но нет никаких серьезных доказательств, что инциденты с Карл… драконами вызывали какие-либо долгосрочные метеорологические последствия. То есть совсем никаких доказательств. Не пугайте себя и своих избирателей подобного рода болтовней.

Это привело к бесполезному ору, продлившемуся еще несколько минут, за чем последовали глубокие извинения сотрудника Министерства внутренних дел, который сослался на то, что у него плотный график и он уже опаздывает на следующее совещание. Это оказалось сюрпризом для его пилота и бортинженера, которых пришлось оторвать от обеда, но они все же подняли вертолет в небо и с впечатляющей скоростью исчезли за холмом.

– По живому режет, – повторил Ниммо. – Уже не штат, а какая-то фантомная конечность. Какие, по-вашему, шансы, что эти зоны отчуждения не увеличатся через пару лет, Блэкберн?

– Никаких, – сказал Эмери. – Я думаю, мы со временем все обнаружим, что живем в резервации.