И Виктор Степанович отключился, не слушая ответа.

— Друзья мои, — подал голос один из самых старых кисенов, волосы которого полностью были покрыты сединой. Между его пальцами всегда стучали чётки, которые и были его отличительной особенностью. — Прибыли наши растут, а у золотых нет никаких возможностей сопротивляться этому. Предлагаю хорошенько развлечься и отпраздновать наш успех!

Все заухмылялись, прекрасно понимая, что имелось в виду.

— Тогда держим путь в сауну, там уже всё готово.

— Экий вы подготовленный, Аркадий Романович! Кстати, а…

— Не стоит волноваться, — перебил его Аркадий Романович. — Молоденькие мальчики уже ждут нас. Что ж, в прекрасное светлое будущее, друзья мои!

Как он добрался до подъездной двери на негнущихся ногах, Лёха не знал. Отец Юйлинь вновь прогнал его, не желая, чтобы золотце из стойл даже подходил к девушке из центра. Несмотря на то, что они оба были из низшего ранга, разделяла их пропасть. № 29 хотел было посмотреть, сколько кредитов он потратил впустую, но нейрофон не подавал признаков жизни. Попробовал перезагрузить, но почувствовал лишь слабую вибрацию, а голограмма пару раз мигнула и окончательно погасла. Импланты в конечностях также никак не отреагировали, оставаясь холодными и безжизненными железяками в его теле. Лёхе вдруг показалось, что он и сам превратился в ледышку. Скорее даже, его заковали в лёд и выбросили, чтобы не мешался под ногами. Поганое чувство.

В себя он пришёл, уже стоя на улице. Некоторое время шагал на автомате, пока где-то рядом с ним не прошлась очередь и не прогрохотал взрыв. Лёху накрыло оторванными кусками асфальта и бетона, но он в последний момент успел защититься щитом земли и телепортировался в сторону. Остальная часть удара пришлась уже по выросшей перед Лёхой стене камня. Продержалась она недолго, но № 29 уже спешно отступал, стараясь не врезаться в людей и молясь, чтобы шальная пуля не пробила ему затылок. И хоть его тело надёжно хранил щит земли, он не был уверен, что щит выдержит подброшенный в воздух автомобиль… А взрывов вокруг хватало, и в воздух взлетали не только люди и куски бетона, но и переворачивались автомобили.

Способности нейро-слияния и тут не подвели, позволив Лёхе беспрепятственно покинуть эпицентр бойни, а в скором времени он оказался в стойлах. Здесь царило относительное спокойствие, лишь только напряжённые и внимательные взгляды золотых говорили о том, что в городе что-то было не в порядке. Ворота, через которые они и прорвались в центр, были распахнуты настежь. Вся военная техника оказалась перевёрнута и занималась огнём, выпуская в небо чёрное облако дыма. Вкус пепла скрипел на зубах, предвещая нехорошее. Кто-то из запоздавших спешил в центр, вооружившись арматурами и подручными материалами. Но многие оценили ситуацию адекватнее, и бросались подальше от центра. Им необходимо было залечь на дно.