– Но ты возвращаешь корабль.

– Каждую минуту с того момента, как связь лишила нас привязки к дому, я наблюдал за людьми. Как они пытались решить, что делать дальше, как спорили, как ругались и практически ставили свою безопасность на кон, лишь бы отстоять взгляды, за которые они держатся больше, чем за собственную жизнь. Неужели именно они, эти люди, моя команда будут последними людьми цивилизации и первыми людьми нового мира? Они даже не понимают открывшиеся возможности. А ведь это наша природа: исследовать, охотиться, покорять и всегда искать границу горизонта. Поэтому нас еще с самого детства так манят приключения, новые открытия, именно поэтому нам стало мало собственной планеты. И это, было уничтожено системой, в угоду развития на месте, сравнимому с заточением. Такими и остались мои люди, не способные заглянуть дальше собственных убеждений и приказов. Мне стыдно за них. И осознав это, увидев последствия их дел за последние дни, я не смог избавится от чувства презрения к человечеству. Каждая мысль, каждое воспоминание отдавалось болью и презрением, которые провоцировали лишь непреодолимое желание избавиться от всех, как от бракованного товара. Я был один, смотрел на всех так, как смотрят на низший вид. И тогда, пытаясь заполнить пустоту вокруг меня, я думал о тебе. Ты – единственная, думая о ком, я не чувствовал презрения, стыда или гнева, как раз наоборот. То, что между нами зародилось совершенно случайно, каким-то невероятным образом было самым естественным и важным среди всего вокруг. Любовь к тебе оказалась единственным неподдающимся критике или сомнению чувством, ставшим фундаментальной основой мироздания. Все остальное: команда, недостойная космоса, свобода, дарованная без планеты и человечества, было неважно. Лишь любовь, как оказалось, не имеет ни времени, ни границ, она либо есть, либо ее нет. Мне так не хватало тебя, того что между нами было, этого спокойствия, этой жизни. Единственного настоящего и постоянного, что нельзя навязать или отобрать. Тогда я понял, что как ни посмотри – нас всех ждет неудача. Ведь моя команда лишена этого, а, значит, ни о каком развитии не может быть и речи. Я решил вернуться потому, что ты стала для меня всем. Даже не зная, жива ты или нет, я повернул обратно – я бы лучше горевал по тебе, но не смог бы быть в неведении до конца своих дней, одинокий во всей вселенной.

Агата плакала, кое-как сдерживая себя, но все было на лицо, любовь и боль разрывали ее, и в ответ она сама хотела так много сказать ему. Но вся эта запись прослушивалась, из-за чего стоило следить за словами. А ведь ей так хотелось рассказать, какие решения ей пришлось принять ради его спасения, ужасные решения. Он прекрасно понимал, как трудно ей сейчас, поэтому не требовал, даже не ждал никаких слов, все было видно и так.