Рейн убрал книгу в сумку и подошел. Убедившись, что их внимание сосредоточено на нем, он спросил:

– Что случилось?

– Да мы просто дурачились, пока не было преподавателя, – запыхавшись, проговорил один.

– Все же знают, что она силой пользоваться толком не может, – подхватил второй, едва отдышавшись.

– Но мы успели доспехи надеть, когда она там все разворотила! – проговорили они вместе, широко раскидывая руки, изображая что-то похожее на ядерный взрыв.

– Хором не докладываем, факты – по порядку. – Рейн строго посмотрел на обоих пацанов, которые, видимо, решили, что он старший хранитель. – Время, место, что и как именно она разворотила?

– Да вот только что… – почесывая затылок, проговорил первый.

– В аудитории от кафедры только щепки остались! – с восторгом кивая, выпалил второй. – Целая куча! Хорошо, что без огня обошлось!

– Пострадавшие?

– Никак нет! – хором подтвердили они и сразу сникли, вспомнив, что так отвечать запретили.

– Свободны.

На улице Рейн увидел Яру вдали на набережной. Она быстро шла в сторону Троицкого моста, время от времени смахивая с лица то ли слезы, то ли волосы. С близкого расстояния проверять он не решился и пошел следом, стараясь не потерять ее из вида.

Через полчаса преследования его предположение о том, куда она собралась, подтвердилось. До закрытия книжной лавки, в которой они были на прошлой неделе, оставалось полчаса. Немного поколебавшись на входе, она переступила порог и растворилась в ламповом свете магазина.

– Яра, неужели я неясно выразился, – громко начал говорить Рейн, когда еще только шел по заставленному книгами проходу, и закончил, войдя в рабочую часть магазина, освещенную большой, но тусклой люстрой, – когда просил тебя не ходить сюда одной?

Владелец лавки показался из-за книжных стеллажей с папкой записей под мышкой.

– Молодой человек, – тихо и расстроенно протянул он, – вы-то мне сразу не понравились.

– Взаимно, – сказал Рейн, демонстративно убирая руки в карманы джинсов.

– Как вы только терпите этого грубияна, – посетовал владелец лавки и положил кожаную папку, перевязанную плетеными шнурами, на темно-вишневый прилавок.

– Все в порядке, – ответила Яра. Ее светлый взгляд помог понять, что она не плакала.

Он подошел и чуть наклонился к ней: