– Мы украдкой забрались в неболёт и напали из-за угла, – ухмыльнулся Гайл. – Все, как я люблю.

– Да, грязная работенка, – сказала Каира. – Точно так же, как и перестрелять безоружных баронов на пиру. – Она окинула всех взглядом. – Однако же и то и другое было необходимо.

– Согласен, – с поклоном сказал Озирис. – Сейчас в твоем распоряжении двадцать девять неболётов. Я готов предоставить тебе аколитов – на время, пока мы не обучим контингент преданных тебе воинов. И что ты будешь делать со своей армадой?

– Я ее разоружу.

– Почему? – спросил Озирис Вард, впервые выказывая непритворное удивление.

– Я не желаю следовать тем путем, который проложил мой отец, Мерсер и все остальные правители Терры. Все знают, куда он ведет. Весь мир в огне, и я не стану еще больше раздувать этот костер. На неболётах не должно быть ни бомб, ни лучников – и вообще никаких средств разрушения. Летучие корабли – не военные фрегаты, а провозвестники мира и благоденствия во всей Терре. – Каира обернулась к Вире. – Первым делом мы объединим Альмиру. Потом заключим торговые соглашения со всеми государствами Терры. Я уверена, что правителем Баларии станет кто-то из моих знакомых. Окину, императрица Папирии – моя тетя. У меня все получится. – Помолчав, она добавила: – Я исправлю все то, что разрушила, сбежав из замка Мальграв к Ганону.

Озирис затеребил пряди жиденькой бороденки.

– Весьма благородная цель, императрица. Но даже первый шаг к ней – объединение Альмиры – будет весьма затруднительным. Бароны Атласского побережья наверняка тебя поддержат, потому что всегда уважали Мальгравов. А вот Ягуары Дайновой Пущи бунтуют с самого лета, и в этой провинции неболёты малоэффективны – там слишком густые джунгли. Так что, возможно, лучше начать с демонстрации силы, чтобы доказать…

– Нет. Ягуары взбунтовались против Линкона Поммола, а не против меня. Мы отправим посланников к зачинщикам бунта, объявим о гибели Поммола и всего его правительства и предложим начать переговоры. Я добьюсь перемирия с Дайновой Пущей, а потом и со всеми остальными.

Вира покосилась на Децимара, который удовлетворенно кивнул. Разумеется, до исполнения всех обещаний, о которых Вира упоминала на дворцовой кухне, было еще далеко, но Каира уже сделала первые шаги в нужном направлении.

Озирис оставил бороду в покое и с улыбкой произнес:

– Нет, разумеется, я не смею мешать установлению мира во всем мире. Мне очень приятно, что построенные мной неболёты послужат орудием для достижения такой высокой цели.

– Я рада, Озирис, что ты меня поддерживаешь.