Прошу в дальнейшем не вовлекать меня в это дело. Я считаю, что искупил вину, рассказав всю правду, и собираюсь посвятить остаток своих дней делам высшей важности, а именно спасению своей души и созерцанию божественных чудес.

Дж. Давидсон Бич.

Маргарет отложила письмо и взглянула через стол на Джеймса Вентворта.

– Как вам удалось?

– Я сказал ему, что если он этого не сделает, то придется давать показания в суде, но признаться нужно в любом случае. Он начал ныть и увиливать, но выхода у него не было. В общем, ничего сложного.

– А что было в суде?

– Разумеется, мы выиграли, – сказал он, как показалось Маргарет, немного самодовольно. – С записной книжкой мистера Голдберга и бумагой мисс Локхарт дело решилось за пять минут. Здесь все восстановят, хотя исчезло не много: Пэрриш был довольно аккуратным бизнесменом, очень квалифицированным. В любом случае, если что, он будет вынужден выплатить все сполна. Скоро я оформлю документы…

– Это когда же? – спросила Маргарет. – А то я вас, адвокатов, знаю…

– Меня не знаете. Очень скоро. Пэрриш посмел подать иск за порчу мебели, но у него ничего не выгорит. Сейчас обвинение готовится начать против него процесс, просто это немного дольше, чем я думал: выясняется все больше подробностей.

– А мистер Голдберг? – спросила Маргарет.

– С ним было труднее. Нет никакого сомнения, что обвинение, выдвинутое против него, – чисто политическое, поэтому об экстрадиции говорить не приходится, но все же его могут депортировать, если захотят. А они хотели – по крайней мере, помощник комиссара, который был в кармане у мистера Ли. Пришлось предъявить ему письменные показания, данные владелицей одного из домов, с которых Пэрриш собирал деньги.

Маргарет кашлянула, она не умела говорить о борделях, при этом не краснея. Адвокат продолжил:

– Скандал был бы ужасный. Он увидел эти показания, и вот – Голдберг свободен. Его отпустят сегодня днем, когда уладят все формальности. Мисс Локхарт поедет со мной встречать его, мистер Тейлор тоже.

– Джим страшно любопытный, – сказала Маргарет. – Понимаете, он старый друг Салли. Они как брат и сестра. Он злится, что все это произошло в его отсутствие и он не мог… быть с ней. Я имею в виду, защитить ее. Они очень близкие друзья, и Джим знает, что Салли сильная личность. А теперь он столько слышал о Дэниеле Голдберге… Думаю, он заинтригован.