Поэтому в итоге на попятную пошел Боб. Он сидел и смотрел на корреляции и статистические выбросы. Он переместил свою группу подальше от проблемы Сан-Диего. Если в университете и впрямь диверсия, они знают, где расставлены ловушки.
Пул биологических наук становился все ярче. Элис выскребла весь отдел геномики Центра по контролю и профилактике заболеваний. После вахты ему
– Слышал что-нибудь?
– Например, Томми?
– Ну что-то вроде далекого удара.
Они остановились и оглянулись. Уинни недовольно заворчал. Совсем как в старые деньки, когда Томми все время старался добавлять напряжения их нелегальным экспедициям.
Томми поколебался. Он указывал им путь, но шел последним, чтобы тонкое оптоволокно случайно не смяли другие. Послушав еще немного, он повернулся и стал догонять их.
– Может, ничего особенного… но кабель на мгновение тоже вырубался.
Он бросил взгляд на свой лэптоп.
– Теперь нормально.
И взмахом руки погнал их дальше по туннелю, в темную неизвестность за пределами озерца света.
– Вперед.
Первая часть туннеля оказалась очень знакома: жутковатая прогулка по аллее воспоминаний. Было время, больше пятидесяти лет назад, когда все присутствующие, кроме, конечно, Карлоса, покоряли эти туннели. Томми Паркер, в ту пору – задавака-первокурсник, красовался перед старшекурсниками, которые потом сами удивлялись, как позволили втянуть себя в такую сорвиголовную затею.
Они двинулись дальше, и территория утратила сходство с запомнившимся участком. По стенам были проложены блестящие трубы. Роберт различал оттиснутые на стенах символы, загадочные физические бэкапы для узлов, не отвечавших на сигнал компьютерной коробочки.