Прошло еще какое-то время. По-прежнему ни следа Роберта.

На бегу Мири листала кэшированные планы университета Сан-Диего и биотехнологических лабораторий; она ими как следует запаслась. В проприетарщине и схемах безопасников она не разбиралась, но… боковые туннели вели к определенным лабораториям. Триста акров, семнадцать отдельных залов!

Мири сбавила темп, перешла на шаг, потом, приуныв, остановилась. Роберт может быть где угодно. Насколько могучи Злодеи тут, внизу? Может, мне просто покричать?

Позади зародился какой-то новый звук. Словно бы мягкие молоточки стучат по металлическому барабану, но последовательность звуков была очень похожа на шаги. Она внезапно сообразила, где остальные. Если бы только определиться теперь, где она сама. Мири развернулась и побежала обратно.

24 Библиотека выбирает

24

Библиотека выбирает

Ночной Отряд Шейлы Хэнсон вышел из лесу на тропу, изогнутую подобно крупному змею у древа познания, близ восточной стороны библиотеки. Гачекианские пауки были уже на месте и заняли позицию выше по склону. Тим Хвинь перекатил и подвел свою армию ботов к вражеским силам.

Хвинь Ночной Отряд: <sm> Иисусе. Все они реальные! </sm>

В смысле, пауки. Большая часть людей тоже. Гачекианские Рыцари и Библиотекари теснились за рядами роботов.

Северную сторону библиотеки огибали и подтягивались к соплеменникам новые скучеры. Подкрепление прибыло из океанологической библиотеки Института Скриппса. Но и к гачекианцам подоспели новые бойцы. Хвинь видел через летающие над библиотекой камеры, что новоприбывшие гоняют скриппсов. Пока что казенное имущество не слишком страдало. Мехи выглядели довольно грозно, а люди в основном толкались и кричали. Шейла по-прежнему успешно заводила своих боевым кличем:

– Важней всего – наши РЕАЛЬНЫЕ книги!

Из гачекианских рядов выдвинулось что-то здоровенное и виртуальное. Оно взяло курс на ничейную полосу. Было оно двенадцати футов высотой: лучшее Опасное Знание из всех когда-либо виденных Тимоти Хвинем. Наполовину Библиотекарь, наполовину Рыцарь-Стражник: центральное и парадоксальное создание гачековской мифологии. Теперь оно подобралось почти вплотную к скучерам и состроило гротескную гримасу, высунув длинный заостренный язык, что придало ему сходство с маорийским демоном. А когда оно закричало, то услышали все скучеры, хотя сообщение кастомизировалось под конкретные уши:

– Хой, Тимоти Хвинь, ты себя считаешь малым скучамаутом. И вправду, ты из малых! Все вы, скучерские неваляшки, суть игрушки для малых детей, мелкие и ничтожные пред моею Глубиной!