Даниэль погиб.

Брат видел общую картину, я вижу частности. Он видел вширь и вдаль, я вижу вблизи, сосредоточена на одном объекте: теракты в Париже. Теперь, когда его нет, я должна принять эстафету и расширить свой угол зрения.

Пребывание в подполе Пападакиса показало, что я на это способна. Я тоже могу видеть масштабные общие цели.

В общем, нужно попробовать.

169

Ким и Кассандра собирались двинуться в северном направлении, но им преградила путь демонстрация, организованная профсоюзами. Люди требовали гарантированной достойной пенсии. Люди шли, скандируя: «Перестаньте торговать будущим!» «Не хотим только работать и спать!» «Пенсия или жизнь!» Они несли лозунги и плакаты с изображением виселиц, на которых болтались министры, вызвавшие народный гнев.

Ким Виен уже приспособился к своему гремучему коню, он хотел объехать колонну или проехать сквозь нее, но она была слишком плотной и длинной. Недовольный Ким повернул к югу, собираясь выехать на окружную. Но за ними следом гналась полицейская машина, она приближалась. «Харлей-Дэвидсон» петлял между машинами, а на руке Кассандры лихорадило часы от 34 % до 72 % в зависимости от близости пешеходов, грузовиков или запрещенных поворотов. Возле Орлеанской заставы из переулка вынырнула полицейская машина и преградила им путь.

С чего вдруг нами так заинтересовалась полиция? Из-за пожара в школе? Или Пьер-Мари Пелисье обязательно хочет меня разыскать, потому что я дочь министра? Нет! Я поняла! Видеокамеры на башне Монпарнас записали, что я была рядом с Даниэлем в последние минуты его жизни. Они считают, что я толкнула моего брата!

Ким свернул на юго-запад.

– Оторваться от них не получится, но мы избавимся от них по-другому, вот увидишь, – пообещал Ким.

Они бросили мотоцикл на площади у заставы Брансьон, перелезли через ограду и перебежали железную дорогу малого кольца. Еще одна преграда, но в сетке проделана дыра, наверное, кусачками. Ким потащил Кассандру к деревьям, за которыми оказался железнодорожный туннель.