Перед глазами, словно светлячки, летали яркие точки. Прежде чем полностью прийти в себя, я ощутила укол в шею, прямо рядом с гравитационным сенсором. Это произошло так быстро, что у меня не было шансов увернуться. Я инстинктивно прижала руку к шее, но все мое тело обмякло, и я рухнула на пол лицом вниз.
Одна из исследовательниц держала в руке пустой шприц.
«Вот дерьмо», – хотела сказать я, но голос мой тоже отключился.
Наконец мне удалось открыть глаза, но все вокруг было покрыто пеленой. Обзор был слишком мал, словно я лежала на дне колодца.
Я попыталась поднять руки и ноги и не смогла. На них были… оковы. Нет, металлические кольца! Они располагались на лодыжках и на запястьях и были закреплены на кушетке. Рассмотрев их подробнее, я поняла, что это были те же крепления, которые охранники в зонах надевали на мутантов, чтобы подавлять их способности. На широких кольцах синим светом мигали гравитационные сенсоры, и я поняла, что пропала.
Но где я вообще находилась? Пошевелив головой, я застонала. Каждое движение вызывало боль, мышцы затекли так, словно я несколько часов провела без движения. Лишь увидев Хольдена, сидевшего на стуле рядом со мной, я все вспомнила.
Я повернула голову в сторону. Ни Мии Розе, ни Тревора рядом не было.
Похоже, Хольден заметил, что я проснулась, и улыбнулся. Мне же хотелось плюнуть ему в лицо, но для этого у меня слишком пересохло в горле.
– Очнулась? Ты проспала полдня, и я подумал, что ты уже никогда не проснешься. Как ты, все хорошо?
Я беззвучно засмеялась. Он что, серьезно?
– Иди к черту! – прошипела я.
Хольден откинулся на спинку стула:
– У тебя плохое настроение.
Это прозвучало скорее как вопрос. Я непонимающе уставилась на него:
– А тебя это удивляет?
– В некоторой степени да, – признался Хольден. – Я думал, ты обрадуешься, что снова оказалась у нас. Со мной.