Даже находясь на грани жизни и смерти, Император продолжает свое неусыпное бдение. Могучие боевые флоты пересекают кишащий демонами варп, единственный путь между далекими звездами, и путь этот освещен Астрономиконом, зримым проявлением духовной воли Императора. Огромные армии сражаются во имя Его в бесчисленных мирах. Величайшие среди Его солдат — Адептус Астартес, космические десантники, генетически улучшенные супервоины. У них много товарищей по оружию: Имперская Гвардия и бесчисленные Силы планетарной обороны, вечно бдительная Инквизиция и техножрецы Адептус Механикус. Но, несмотря на все старания, их сил едва хватает, чтобы сдерживать извечную угрозу со стороны ксеносов, еретиков, мутантов и многих более опасных врагов.
Быть человеком в такое время — значит быть одним из миллиардов. Это значит жить при самом жестоком и кровавом режиме, который только можно представить. Забудьте о могуществе технологии и науки — слишком многое было забыто и утрачено навсегда. Забудьте о перспективах, обещанных прогрессом, и о согласии, ибо во мраке будущего есть только война. Нет мира среди звезд, лишь вечная бойня и кровопролитие да смех жаждущих богов.
Пролог
Пролог
Просперо, двор Одноглазого Короля
— Я видел звездные скопления, — говорил циклоп, что восседал на троне, глядя вдаль. — Созвездия, которые танцевали вокруг плоскости Галактики. Я узрел корону небесной сферы. Туманности омывали меня, подобно волнам, становились потоками Великого Океана, и я плыл, упиваясь течениями, пока не пробудился во сне.
Владения циклопа были безграничными и столь же переменчивыми, как и его слова. Вокруг него бушевали электрические вихри, образующие огромные шары из иератических письмен, и клетки из молний, что неистово кружились, неся его придворных магистров и демонов в ритме прекрасного гимна.
Цадкиил пробирался мимо ослепительных вспышек и рядов безмолвных рубрикантов и отталкивал изогнутым посохом исполинских воинов, спеша скорее предстать перед своим повелителем — циклопом Магнусом Красным, Алым Королем, демоническим примархом XV легиона и верховным провидцем Тысячи Сынов.
— Тьма — двигатель эволюции, — продолжал король. — Тьма, сомнения и страх. Недостаток понимания — вот что служит истинным катализатором.
Магнус воспарил на грозовой туче, поднимающейся над облаками, отчего даже рехати, его великие капитаны, отшатнулись, прикрывая глаза.
— Что же увидели первые люди, когда выбрались из-под земли и взглянули в небеса? Безумие. Как бы еще они это описали? О чем ином они могли помыслить, видя, как солнце, их покровитель, погрузилось за горизонт? Светлейший владыка отринул их, дабы никогда не вернуться. Отец предал их. То была смерть света и конец жизни. И когда на смену сумеркам пришла истинная ночь, и наши предки узрели рождение звезд, что они могли подумать при виде подобного величия? Как бы они объяснили поведение небесных тел? Постигли луну? Что они могли бы сделать?