— А вот это уже не твое дело, Андрей, — процедил Велимир, злой и раздосадованный.

— Ошибаешься. Если ты забыл, какое решение было принято на том самом общем собрании полугодовой давности, то я напомню: мальчика не убивать. Дать ему спокойно приехать в Москву, позволить поступить в академию и наладить с ним контакт. Между прочим, и приказ имеется, подписанный самим министром.

— Нам это известно, — вставил Юкито.

— Ну а раз так, то какого, извините, хрена? С чего вдруг решение Министерства стало для вас пустым звуком? Впрочем, мне известно про ваш междусобойчик, куда входят Ленский, Чернов, Налимов, Овсянников… Единственное, чего я не понимаю, зачем было действовать так открыто? Почему не по-тихому?

— По-тихому они еще зимой обосрались, — вставил я, окидывая Прохорова и Юкито насмешливым взглядом. — Барби, царствие ему небесное, не даст соврать.

— Барби? — седой бородач обернулся ко мне, удивленно изогнув бровь.

— Батбаяр, — пояснил я. — Добрейшей души человек. И ангельской внешности.

— Ты справился с Батбаяром? — мужик удивлялся все больше и больше.

— Не, он сам, честное слово. Сидели мы с ним, арбузик кушали. Потом ему приспичило, метнулся к клозету, но наступил на корку — и башкой об стол. Такая трагедия… — я сокрушенно покачал головой.

Андрей, как и следовало ожидать, ничего не понял. Пожал плечами и вновь повернулся к Прохорову и Юкито.

— Ну, и как проблему решать будем? — угрюмо осведомился мордастый.

— Легко и просто, — ответил Андрей. — Расходимся и старательно делаем вид, что ничего не было.

— А если нет? Этот выродок уже натворил дел, и мы вправе…

— Он оборонялся. Творить начали вы, и парень имеет право предпринимать все что угодно, чтобы защититься.

— И все-таки, — с нажимом произнес Прохоров. — Что если мы сейчас доведем дело до конца? Помешаешь нам?

— Скажем так, воспрепятствую, — с этими словами бородач вытащил из нагрудного кармана сложенный вчетверо лист бумаги. — Но прежде чем наломать еще больше дров, рекомендую ознакомиться. Официальный документ, между прочим, заверенный замминистра.

Юкито взял у Андрея лист, развернул и изучал примерно полминуты. Судя по вытянувшемуся лицу, ничего хорошего для себя он там не вычитал. Узкоглазый хотел было что-то сказать, но остановил самого себя и передал документ Прохорову.

— Протекторат? — процедил тот, едва взглянув на бумажку.

— Он самый. Илья находится под моей защитой. И нападение на него будет равноценно нападению на род Онежских. Думаю, вы понимаете, какими проблемами это чревато.

— Нахрена? — Велимир сжал кулаки, харя его налилась красным от бессильной злобы. — Нахрена тебе сдался этот выродок?