Куда разумнее было бы использовать Линду для шантажа. Или вовсе сделать ее живцом, заманить меня в ловушку и прихлопнуть. Самый логичный вариант, однако… С момента похищения прошло уже много дней, а эти твари так и не связались со мной. Почему?..

— В таком случае я отпр-равляюсь, — сказала Астра и перелетела на карниз открытого окна.

— Да, моя хорошая, давай, — ответил я. — Удачи тебе.

Спустя пару мгновений птица растворилась в темноте позднего осеннего вечера.

Том 2. Глава 21

Том 2. Глава 21

— Что-то ты, Илья, с каждой нашей встречей все мрачнее и мрачнее, — Онежский внимательно глядел на меня. — У тебя все в порядке?

— Нормально, — ответил я, наблюдая за проносящейся в окне автобуса полуразрушенной деревенькой. — Давно кровь никому не пускал. Вот сейчас поймаю пару призывателей, нагну, узлом завяжу — и все будет окей.

Мы уже полтора часа тряслись по раздолбанным подмосковным дорогам на пути к цели — логову тех умников, которые устроили кошмар в торговом центре Онежского. По словам осведомителей Андрея, это целая группировка рыл на двадцать, не меньше. Поэтому и подготовку мы провели основательную: собрали мини-армию, вооружились до зубов, защитились кучей заклинаний и сейчас мчались вперед. План был прост: уничтожить большую часть паразитов, одного-двух взять в плен и хорошенько допросить.

Хотя насчет последнего лично у меня имелись немалые сомнения. Я прекрасно помнил Станислава — призывателя, который работал на Орлеца. Тот балансировал на грани безумия и скорее сожрал бы собственный язык, чем рассказал хоть что-то. Напрочь отмороженный персонаж. И при этом, судя по всему, он был довольно слабеньким, поскольку вытянул из Преисподней всего лишь мелкую тварь. Представляю, какими отбитыми на голову окажутся сегодняшние ребятки, способные призывать монстров-гигантов. Впрочем, будем посмотреть.

А настроение, как заметил Онежский, и впрямь было ни к черту. За последние шесть дней не случилось ничего хорошего. Астра, не жалея крыльев, нарезала круги над окрестностями Москвы и тщетно пыталась засечь моего сына и Линду. Улетала она рано утром, а возвращалась за полночь и молча качала пернатой головенкой. Я понимал, что долго в таком темпе пернатая прелесть не выдержит, и постепенно готовился действовать сам. Выцеплю кого-нибудь из тех уродов, которые меня пасут, и устрою допрос с пристрастием. Возможно, это следовало сделать уже давно, но… Меня останавливал тот факт, что наблюдатели работали на кого-то из аристократов — Овсянникова, Прохорова, Чернова и так далее. У нас сейчас было подобие нейтралитета с ожиданием возможности ударить исподтишка, и стоит мне перейти к решительным действиям, как это подобие мира рассыплется, что повлечет кучу новых проблем. Для меня, моих людей и рода Онежского.