Внезапно дверь распахнулась и влетел Эрик Лобах.
– Доротея, я за вами! – торжественно объявил он. – Матушка по случаю вашего приезда решилась сокрушить все устои, на которых доселе держался наш дом. Она приказала накрыть обеденный стол на полчаса раньше обычного! Я
Оживившаяся Доротея игриво шлёпнула его веером по руке запястью.
– Эрик, ты несносен! Ты как ребёнок!
– Не будете как Эрик – не войдёте в Царствие Небесное, где
Доротея поднялась, кинув подозрительный взгляд на Труди.
– Дорогая, – сказала она без малейшей теплоты в голосе, – может быть, ты всё-таки присоединишься к нам?
– Нет, врачи мне запретили прикасаться к еде ещё сутки, – сказала она.
– Очень странная история, – как бы про себя заметила Доротея. – Труди, милая, ты всё рассказала полиции?
– Вообще-то это меня отравили, –
– В таком случае я пойду к себе, – решительно сказал Рой, тоже поднимаясь. –
– Рой, дорогой, – сладким голосом произнесла Доротея. – Почему бы вам
Рой
– Я миллион раз говорил, – отчеканил он, – что не могу и не хочу соучаствовать в преступлении. Поедание плоти живых существ противно моей совести и вере.
– «Всё движущееся, что живёт, будет вам в пищу», – процитировал Эрик
– Это было сказано древним людям, которые тяжело трудились и не могли обойтись без мяса, – Рой почувствовал, что заводится.
Эрик это тоже почувствовал.