— «Я дам ответ сегодня же вечером. Это будет либо окончательное и бесповоротное «да», либо такое же по своим качествам «нет». Надеюсь, вы не против».

— «Мой друг, твое согласие — залог успеха, и я согласен ждать столько, сколько ты пожелаешь. Я же в долгу не останусь: ты забудешь о своей прежней жизни и создашь новую».

— Лично для меня эта сцена закончена, — вдруг прокомментировал происходящее сам Аарон. — Они уходят от Хакима воодушевленными. Жасмин интересуется, что еще может повлиять на его решение, на что Омид честно признается, что хочет переговорить с семьей. Не знаю, может быть она и бросит пару-другую реплик по этому поводу. А вечером Омид поговорит с братом.

Аарон бросил взгляд на Артура, предлагая дать версию беседы своего персонажа с братом.

— Дарий… Дарий или Дариус? Как мы решили? — поинтересовался Аарон, но Филипп прервал его, обращаясь ко всем.

— Меня кое-что волнует… И напрягает.

Последнее слово было уже адресовано самому себе, но он захотел, чтобы его услышали все присутствующие, словно подготавливая их к чему-то. Пауза, которую Филипп решил взять, ощутимо затянулась. Можно было догадаться, что существует какая-то общая проблема, но зачем ему нужно было так драматизировать? Что он хотел сказать своим молчанием? Все готовы были принять любую новость.

— Хотя ладно. Давайте продолжим. Там видно будет. Может все не так уж и страшно.

«Страшно»? Зачем подбрасывать такие опасные слова в середине пути? Поворачиваться назад не то, чтобы было поздно — всегда можно прекратить делать то, что тебе не нравится — скорее бессмысленно.

Здоровая Дерзость вопросительно посмотрела на Большого Страха — тот ухмылялся.

— Это ему за ту муху. Моя очередь сюрпризы подкидывать!

— Итак, — Филипп хлопнул в ладоши, чем не только приостановил в актерах тревожные мыслительные процессы, но и создал некий дискомфорт — даже Ленни вздрогнул от неожиданности. — Разговор братьев. На мой взгляд это очень серьезная сцена. По сути дела, именно сейчас должен произойти поворот в судьбе Омида. Он принимает решение, которое изменит его жизнь — к лучшему, как он полагает. Однако оно может заложить и основу потенциального конфликта. Саад, ты готов начать?

— Конечно! По возвращении домой, — я много думаю, перепроверяю, еще раз копаюсь в интернете. Мне кажется, что время тянется долго, однако его остается все меньше и меньше. С каждой истекшей минутой у меня их остается все меньше на то, чтобы найти хоть какую-то зацепку, которая указала бы на слабое место во всей этой авантюре. Мое время, которое я, руководствуясь своим инстинктом самосохранения, выпросил на то, чтобы еще раз подумать, окончательно истечет, когда Дарий вернется с работы. Я делюсь с ним этой новостью, но он не одобряет эту идею.