Длинная серая накидка, перевязанная кожаным поясом, хорошо добавляла к образу, создаваемому Я'эль. Поначалу ей постоянно хотелось то погладить по ней ладонью, ощущая текстуру ткани, то попробовать другой способ ее ношения. Так обычно поступают с полюбившимися деталями одежды, которым хотят придать еще большую важность. Со стороны же зритель видел девушку, постоянно находящуюся в слегка неспокойном состоянии, что отлично совпадало с образом Лейфи, и чем ближе к концу, тем меньше она обращала внимание на свою накидку, потому что привыкла к ней. Зрителю же было открыто другое объяснение: ей постепенно стали открываться ответы на ее вопросы.

Задание, которое Филипп поручил Ласло, требовало от него делать то, что он всегда любил: создавать музыку. Он делал это в свободное от работы время, и у него уже скопилась внушительная коллекция демонстрационных записей, которую он пару раз частично продемонстрировал Филиппу. Насколько он был косноязычен, настолько же и тонок в создании и в аранжировке музыки, и когда у Филиппа возникла идея «Четырех времен года» Ласло без труда нашел и предложил ему на выбор различные фоновые звуковые дорожки общего плана, несколько тем для тех или иных эпизодов и порекомендовал четыре самые характерные из них для главных персонажей спектакля. Я'эль рассказывала свою историю на фоне вариаций на чудесную тему, написанную под влиянием кельтских мотивов. Музыка была ненавязчивой, она способствовала восприятию истории и отлично дополняла ее.

Саму же музыку дополняла музыка света. Братья МиниМакс шарили по сцене лучами, словно руками. Они прекрасно знали свою работу, и, будучи знакомыми с текстами, уделяли внимание даже таким малым деталям, как плавное изменение оттенков того или иного цвета в зависимости от времени суток или настроения той или иной сцены. Словно два гиганта с разноцветными фонариками, освещавшие свою маленькую игровую площадку, играли они свой собственный спектакль.

Неожиданное появление на сцене трех безымянных персонажей еще больше заинтересовало внимание зрителей. Да, обычный моноспектакль играется в полном одиночестве, но допускается пассивная помощь со стороны безмолвных статистов. Пусть они и оставались безмолвными, но появления Агнессы, Артура и Симона в определенные моменты времени зрителю о чем-то говорили. Не могли не говорить, особенно если учесть то, как и где именно они выходили на сцену. Их совместное появление в рассказе Я'эль в тот момент, когда покалеченную Лейфи нашли жители поселения, не оставляло сомнений в том, с кем именно их нужно было отождествлять. После же они не делали ничего, кроме легкой мимической игры, которую зрители не сразу связали с разворачивающимся повествованием; они же делали это незаметно, плавно перелистывая иллюстрации к соответствующим эпизодам рассказа. Плюс ко всему, всех их озадачили цветные лоскутки, которые они вдруг вытащили из рукавов в самом конце истории.