– Я не знаю, что делать, Барк. Я не знаю.

– Господин, а кто знает в таких делах? Ты сделал все лучше всех. А если ты ошибся, то Донал постарается выкрутиться, если это будет возможно: ты послал тех, кто сделает все возможное.

– Он слеп.

– С благословением Ши? Ты разве не помнишь? Она всех нас благословила, кто служит тебе.

– Значит, ты помнишь? Ты помнишь?

– Может, не так отчетливо, но я помню. Я помню, что видел Ши. Я помню… кого-то за столом в серебре, и она была одета в белое с серым…

– Серого не было. Она пришла без плаща.

– Значит, что-то такое. Но она говорила со мной. Я помню. «Моя сила и моя слабость», – сказала она. И еще о тьме и утре. Я помню это.

– Было время, – промолвил Киран, – когда камень позволял мне видеть. Я видел драконов, Барк. Когда-то. Я видел, как Ши отправлялись на войну. В этом камне заключена память или что-то вроде, но теперь я не могу ее в нем найти. Лишь мгла и призраки, и я веду вас все глубже, в эту тьму, а теперь послал Донала с Боком еще дальше. Но король… король, если бы он был на нашей стороне, если бы мне удалось воззвать к разуму брата… – Он покачал головой. – О боги, эта мгла опутала его. Может, мне ничего не надо было предпринимать. Но они забывчивы, Ши, и у них могут быть свои заботы, и людские тревоги – лишь мелочь по сравнению с ними. Может, если кто и поможет людям, так это я.

– Господин, позволь нам отвезти тебя обратно в замок. Сейчас же.

– Нет, – коротко ответил Киран. Просто «нет». – Оставь меня.

Барк медленно кивнул, поднялся и вернулся к своему одеялу, расстеленному на земле под дубом. Все остальные спали. Лошади не шевелились. И лишь ветер шумел в этом мире. Все остальное застыло в гробовом покое.

Киран сидел, прикрыв глаза рукой, ибо они болели от усталости, хоть в них и не было сна. И когда он открыл очи сердца, мгла вновь обступила его.

И вдруг какая-то мешковатая тварь выпрыгнула из мглы и уселась перед ним в свете эльфийского дня. Сердце Кирана замерло от страха, но в этом существе не таилось зла.

– Человек, – промолвило оно, обнимая себя за колени, – человек, о, человек, это гиблое место. Она сказала – «добрая, добрая земля», но Элд здесь какой-то странный.

– Кто ты, существо?

Оно принюхалось и наморщило нос.

– «Существо, существо» – он называет меня. О, зачем ты сидишь здесь, человек? Здесь дурно, о, как здесь дурно. Я встретил детей и проводил их до дому к стенам Кервалена, и темный человек был с ними.

– Что ты с ними сделал? – Теперь сердце его страшно забилось. – Зачем тебе надо было с ними встречаться?

Сухая костлявая рука прикоснулась к морщинистому горлу.