* * *

Возможно, хаос был не лучшим планом. Охранники и агенты Регентства были повсюду.

Каждый раз, когда мимо проходил агент, Эленора вздрагивала.

– Все в порядке, – прошептал я. – Пока что нам нужно подыграть. Пусть думают, что мы помогаем.

Эленора кивнула, натягивая кепку пониже.

Нам пришлось подождать, пока шумиха на первом этаже не уляжется, прежде чем мы смогли отправиться в фойе внизу. Тем временем Эленора делала вид, что проверяет замки, и заглядывала в камеры, чтобы убедиться, что внутри больше никто не прячется. Я старался не мешаться.

– Кайдер Бродак? – крикнул мужчина в одной из камер, когда мы проходили мимо.

Я остановился, не узнав голоса, и заглянул в камеру.

На койке сидел мужчина средних лет с бледной кожей, которая по консистенции была похожа на испорченное молоко. Его волосы были длинными, но с проплешинами.

– Кайдер? – прошептала Эленора, дергая меня за рукав. – Что случилось?

– Это ты! – Мужчина вскочил. – Ты так похож на своего отца в молодости. Я знал, что это должен был быть ты.

Мое дыхание прервалось в легких.

– Кто вы?

– Я не жду, что ты узнаешь меня. – Мужчина повесил голову. – Меня зовут Хубаре Карнрайт.

Шок пробежал по моему позвоночнику. Я отшатнулся.

– Кажется, ты знаешь, кто я такой, – со стыдом произнес он.

Я едва расслышал его последние слова или заметил то, как Эленора схватила меня за руку, в ее глазах был вопрос.

Меня больше не было в Вардине. Я вернулся в поместье Бродак, и мне было десять лет.

Отец сказал мне, что моя мама больше никогда не вернется домой из своей последней поездки в Регентство.

«Почему?» – спросил я его, недоумевая. Она задержалась? Нужно ли ей оставаться в Феррингтоне дольше?