– Если время все еще тянется для тебя слишком медленно, посвяти некоторую его часть выбору награды, которую ты получишь, когда выполнишь свою работу. А когда будешь искать, не прогляди ту девушку, которая принесет тебе вино. Ее зовут Ививис.

Тут Мышелов притих. Он уже выбрал себе больше дюжины очаровавших его дорогих предметов из ниш и сундуков Гваэя и запер их в неиспользуемом чулане, обнаруженном двумя уровнями ниже. Раскройся это, он объяснил бы, что просто делал невинный предварительный отбор в ожидании окончательного выбора, но Гваэй мог посмотреть на это дело с другой стороны, а принц был весьма проницателен, насколько можно было судить по тому, что он заметил отвергнутые грибы и кое-какие другие вещи.

Мышелову раньше не приходило в голову, что он может присвоить заодно парочку девушек и тоже запереть их в свой чулан, хотя теперь он решил, что это была заманчивая идея.

Старец прочистил горло и, хихикая, сказал:

– Лорд Гваэй, пусть этот тщеславный наемник попробует применить свои колдовские штучки. Пусть он испытает их на мне!

Настроение Мышелова поднялось, но Гваэй только поднял ладонь и слегка покачал головой, а потом указал пальцем на доску; старец начал покорно мысленно двигать шашку.

Настроение Мышелова упало. Он начинал чувствовать себя очень одиноким в этом сумрачном подземном мире, где все говорили и двигались тихо и замедленно. Правда, когда посланец Гваэя предложил ему в Ланкмаре эту работу, он был очень рад взяться за нее. Громогласный Фафхрд, товарищ Мышелова по оружию, получил бы хороший урок, если бы его маленький серый приятель (и его ум!) исчез бы без предупреждения однажды ночью… а затем вернулся, может быть, год спустя, с насмешливой улыбкой и сундуком, до краев набитым сокровищами.

Мышелов был даже счастлив в течение всего долгого путешествия каравана от Ланкмара на юг, к Квармаллу, вдоль реки Хлал, мимо Плийских озер и через Голодные горы. Было сущим наслаждением сидеть вразвалку на покачивающейся спине верблюда, оставив позади споры с хвастливым верзилой Фафхрдом, в то время как ночи становились все более синими и теплыми и незнакомые, сияющие, как драгоценности, звезды начинали выглядывать из-за южного горизонта.

Но теперь Мышелов пробыл в Квармалле уже три ночи после своего тайного прибытия на Нижние Уровни – три ночи и три дня, или, скорее, сто сорок четыре нескончаемых получаса подземных сумерек, – и он уже начинал желать в глубине души, чтобы Фафхрд был здесь, а не за полконтинента отсюда, в Ланкмаре, а то и еще дальше, если северянин последовал своим туманным планам и отправился посетить свою родину. По крайней мере было бы с кем выпить или даже устроить бурную ссору, которая была бы просто освежающей после семидесяти двух часов, в течение которых не было ничего, кроме молчаливых слуг, погруженных в транс волшебников, вареных грибов и непробиваемого хладнокровия мягкоголосого Гваэя.